Category: психология

Category was added automatically. Read all entries about "психология".

Мудра Ка, Таро и психодайвинг



Катерина Нистратова (Мудра Ка) – таролог, рунолог, разработавшая методику психодайвинга: глубокой психодиагностики с терапевтическим эффектом. Вас увлекает изучение своего внутреннего мира, глядя на изображения, полные сложных символов и образов, под руководством опытного чуткого наблюдателя? Тогда это для вас.

— Мудра, как возник психодайвинг?

В мой практике таролога часто случалось, что диагностический расклад на ситуацию не дает «простого» решения, а делает очевидным факт: клиент не может двигаться к своей цели, или двигаться в том темпе, в котором желает, потому что у него есть психологическая проблема. Я вижу ее «снаружи», по картам, а человек должен был бы видеть изнутри, но не видит, потому что у него там слепое пятно. И очень сложно объяснить человеку суть этой проблемы. Слова, которые я использую, метафоры и примеры, которые привожу, они мои, а не его, и всегда немного не совпадают с индивидуальной картиной мира. А психологические термины вообще непонятны. Так что я стала искать способ...

[Читать дальше]
— Способ, как сделать так, чтобы человек изнутри увидел то, что я вижу снаружи?

Да, точно! Традиционная для русскоязычного сообщества гадательная схема взаимоотношений «клиент-таролог» для этого не подходила. Клиенты приходили с настроем, что гадалка все скажет сама, и при этом даст какую-то особо ценную информацию. Они не были настроены на взаимодействие в процессе поиска внутренних причин, а кроме того, по-настоящему ценная информация, которую я давала, была из того самого «слепого пятна». Клиент не мог ее принять, злился и раздражался.

Подсказка пришла из книги известного американского таролога Мэри К. Грир. В главе  
«Расклад для Сары» я с удивлением обнаружила, что Мэри позволяет своим клиентам истолковывать карты: разложив, она просит клиента посмотреть на карту и сказать, что он там видит и чувствует. «А что, так можно?» - поразилась я, и начала экспериментировать. Как оказалось потом, работа с картами Таро как с проективными и метафорическими является одной из важных составляющих в традиции западной тарологии. Я пишу об этом в одной из своих статей

— Как выглядит психодайвинг, что там происходит?

Клиент описывает свою проблему. Если она выглядит туманно и туго формулируется, я прошу его рассказать недавний сон и выделить его главные фигуры. Если подходящего сна нет, или человек обычно не видит снов – прошу придумать или вспомнить сказку, похожую на его ситуацию. Или, если ничего из этого не получается, я просто задаю вопрос колоде карт (обычно это Симболон или Mary El): какой сценарий в жизни человека приводит к тем результатам и проблемам, которые он мне описал?

Полученный любым из этих способов сюжет я раскладываю на картах, каждая из них представляет либо фигуры сновидения, либо персонажей или события сказки, либо соотносится с деталями и образами первоначальной, «сценарной» карты. Всё это происходит до консультации и является подготовкой к ней; обычно мы общаемся в почте или мессенджере.

На встрече клиент видит получившийся расклад. Я прошу его назвать наиболее заметные, задевающие его образы. С самых волнующих обычно начинаем разговор.

(например, этот расклад сделан из образов центральной карты, выбранных клиенткой как самые волнующие. Публикуется с разрешения.)



— Неужели это работает онлайн и без видео?

Обычно я работаю именно так. Если человек совершенно незнакомый, я изредка прошу его заранее прислать фотографию, но чаще всего я отлично настраиваюсь по тексту. На сессии уже сразу обсуждаем расклад. Видеть лицо лично мне не нужно, я гораздо лучше слышу эмоции человека в голосе, чем вижу на его лице. Самое главное то, что человек сейчас на связи, мы разговариваем, и я могу замечать, как меняется его состояние.
Впрочем, если клиент хочет видеть мое лицо (а некоторым это важно), то мы включаем видео, и я спокойно работаю в этом формате.

— Это очень похоже на работу с метафорическими картами. В чем разница?

Действительно, в психодайвинге я работаю с Таро фактически как с метафорическими картами: вытаскиваю их, но сама не истолковываю, а спрашиваю клиента.

Разница, думаю, такая. Метафорические карты обычно используются в контексте большего терапевтического процесса. Это может быть часть работы, направленная на прояснение эмоционального состояния или реакций клиента в конкретный момент диалога. На что похоже это дерево? Как бы вы себя почувствовали в этой шляпе? Рассмотрели, осознали эмоцию, подняли тему – и беседа идет дальше, а карты откладываются в сторону. Они — большей частью вспомогательный материал.

У архетипов, изображенных на картах Таро, в отличие от метафорических, огромная смысловая емкость, и это дает возможность сразу попасть в суть вопроса, не застревая на «что я чувствую». Одна карта может отразить целый сценарий в жизни человека, и определить, создать, направить весь процесс работы в психодайвинге. В контексте открывающегося в раскладе объемного описания проблемы мы обсуждаем чувства, эмоции и реакции.

Есть критерий, по которому я определяю, что процесс психодайвинга идет хорошо. Когда разговор мы начинаем с первой карты, с вопросов типа «что вы видите? Что вам это напоминает?», потом переходим на вторую — так же принудительно, с теми же вопросами, а потом вдруг я замечаю, что мы спонтанно перескочили на смыслы и символы следующей карты, и говорим уже на самом деле о ней. То же самое со следующей - перемещение происходит само собой. Это магия! Беседа развивается как будто по собственной логике, но в то же время привязана к раскладу. И еще более фантастическая вещь: с какой бы карты мы ни начали, и в какой бы последовательности мы ни двигались, последняя рассматриваемая карта всегда будет выходом!

То есть, мы двигаемся по пути, который выстраиваю даже не я, и не клиент, а кто-то больший, само Мироздание.

Метафорические карты просто не потянут подобный объем архетипических содержаний коллективного бессознательного.




— Остается ли в психодайвинге что-то от обычной работы таролога?

Да, от собственно тарологической работы здесь остается процесс тонкой внутренней настройки на человека и его проблему. Мне всегда было очень важно умение разделить, расслоить свои мысли и проекции по поводу человека и то, что от него на самом деле идет.

Поэтому я твердо уверена, что когда вытаскиваю карты и делаю расклад, в него попадает именно та информация, которая соотносится с проблемой клиента и непосредственно с ним связана. Ничего от меня.

— Тонкая настройка – это ясновидение? Врожденный талант?

Нет, это навык, который тренировался годами. Часто начинающие тарологи жалуются, что в раскладе отражаются их собственные эмоции или отношения. Особенно трудно избавиться от них, делая расклады себе. Поэтому я тренировалась на себе! Это очень нелегко: уйти в позицию наблюдателя по отношению к своим же переживаниям и увидеть свою проблему действительно со стороны. В какой-то момент начало получаться.

Очень помогла «волевая медитация» по методу О.Г. Бахтиярова. Он учит выходить в позицию наблюдателя, в ту точку, когда теряют силу эмоциональные влияния. И когда я делаю расклад, то выхожу в эту позицию, где ничто уже не помешает моим рукам вытащить нужные карты без моего участия.

— И всегда выходят нужные?

Практика показывает, что так и бывает. У меня не было ни одного психодайвинга, где я или клиент решили бы, что эти карты не имеют отношения к вопросу.

—  С какими вопросами и проблемами мне как клиенту лучше всего идти на психодайвинг?

Признак того, что вопрос подходит для психодайвинга – если в нем виден «замкнутый круг», по которому движется человек. Либо он выглядит как неясная, сугубо внутренняя проблема («слепое пятно»), когда человек почему-то не может сделать то, что он  вроде бы собирается делать. Ему что-то мешает, непонятно что. Или застрял, не может начать. Никакие практики не помогают, и очевидно, что человек спотыкается о внутренний «порог».

А вот, например, вопрос «принимать ли мне это предложение работы?», даже если человек ощущает его как глубоко личный выбор, для психодайвинга не годится. Это ситуация, для которой  можно сделать обычный прогноз.

Психодайвинг специфичен тем, что является техникой поиска слепого пятна. Ни к прогнозам, ни к ситуациям, ни к отношениям он не пригоден. Это только углубление в самого человека.



А если человек толком не может сформулировать проблему? Или ему кажется, что она имеет внешние причины?

Про клиентов, которым я делала обычные расклады, я уже примерно знаю. А если человек, например, появляется в первый раз, я могу сделать ему диагностический расклад, поговорить и выяснить, есть ли в этой теме у человека замкнутый круг или слепое пятно. И если да – то предложить психодайвинг (здесь можно прочитать более подробное описание техники).


— Кто может стать вашим клиентом? Есть ли ограничения по возрасту, взглядам или каким-то другим параметрам?

Эта техника нужна, чтобы человек сформулировал свое внутреннее содержание и с помощью этого перестроил свою жизнь. Поэтому она годится для людей в возрасте и состоянии креативности, желающих что-то делать. Людей без психических расстройств и не тяжело больных (умирающих). По опыту, психодайвинг нет смысла делать людям моложе двадцати – еще сильно влияет тинейджерская психология, к которой нужен особый подход. В остальном моим клиентом может стать кто угодно. Мне не важен пол, гендерная ориентация, политические и религиозные убеждения. Мне важна интенция «я хочу понять, как у меня внутри всё устроено, и я хочу понять это сам/а». Психодайвинг — это практика осознавания скрытых содержаний, и человек должен быть к этому готов.



— Должен ли клиент быть каким-то образом подготовлен? Иметь образование, опыт, или получить предварительный инструктаж?

Часто ко мне приходят люди, которые уже имеют какую-то минимальную психологическую эрудицию. Это не обязательно для нашей работы, но понимание основ сильно облегчает процесс.

Образование и опыт приветствуются, но ничего не гарантируют. Слепое пятно не зря так называется. Что бы человек ни знал, перед своей слепотой он абсолютно беззащитен.

— Как насчет безопасности? Все-таки работа идет глубокая, могут возникнуть сильные чувства.

Первое правило безопасности – соблюдение личных границ, как в психотерапии. Я руководствуюсь теми же правилами. Например, я настаиваю на обращении на «вы», пока мы работаем в парадигме «помогающий практик — клиент». Во время обсуждения карт я всегда отталкиваюсь от того, что человек сообщает о себе и какие эмоции он испытывает. Если мои собственные чувства и представления относительно карт ему совершенно бесполезны, то транслировать их я не буду. Человеку нужно научиться иметь дело со своим внутренним содержанием – и это именно то, что мы делаем.

Что касается сильных эмоций во время работы, если человек увидел в себе что-то плохое, он не может не скорбеть. Ему горько, печально или стыдно, поэтому он может, например, плакать. Я стараюсь занимать принимающую и доброжелательную, поддерживающую позицию. В некотором смысле я имею дело с лучшей частью моего собеседника, с его сильной стороной, которая может со всем справиться и нуждается лишь в некотором поощрении, принятии или поддержке.

Я не работаю с острыми состояниями, с психиатрическими или клиническими проблемами, эта техника не для них.

—  Что вам известно о результатах психодайвинга?

Мое решение развивать и популяризировать технику психодайвинга основано на том, что она дает очень хорошие результаты. Выше ожидаемого. Я вижу, что у людей, которые приходили три года назад с неразрешимыми проблемами, сегодня другая жизнь. И они говорят: это потому, что мы тогда «поговорили», и мой внутренний компас сместился, проложив другой путь.

работа3_старуха и сокровища.png

—  Насколько быстрым может быть результат? Сколько сессий хватит?

Когда человек увидел вдруг что-то, чего не видел раньше, «развидеть» это он уже не сможет. Поэтому в каком-то смысле результат мгновенный: человек уже изменился. А как он теперь будет жить с этим новым знанием, мы обычно обсуждаем отдельно, подбираем практику, которая делает из инсайта новую рутину, прокладывает новый курс. И если человек практикует, результат виден уже через два-три месяца.

Хорошо, когда ситуация быстро разрешается с 3-5 сессий, но так бывает не у всех. В некоторых случаях нужно до 10 сессий, а иногда психодайвинга недостаточно, а нужна длительная терапия. В подобных случаях результат психодайвинга – это формулировка запроса на психотерапию.
Это очень важный момент и очень нужная вещь. Многие люди не идут на терапию, потому что не могут четко сформулировать запрос: всё плохо и всё смутно, что сказать терапевту? Мы-то знаем, что хороший терапевт помогает сформулировать запрос, но они этого не знают. Кроме того, это время и деньги.
Психодайвинг гораздо быстрее: фактически достаточно одной сессии - и клиент понимает, где у него слепое пятно и о чем говорить с терапевтом.

—  Что вы предлагаете в таком случае?
Я считаю, что должна сотрудничать с психотерапевтами. Я держу под рукой список нескольких специалистов, который вручаю клиентам вместе с рекомендацией идти в терапию. И у меня есть несколько случаев, когда шла параллельная работа, то есть клиент ходил одновременно ко мне и к терапевту, с разной частотой (ко мне примерно раз в полгода-год). И я замечала, что запрос, осознанный и сформулированный год назад, превратился в отработанный и усвоенный материал, и на следующем психодайвинге мы открываем новую грань, которую клиент опять относит в проработку.


— И напоследок, расскажите о какой-нибудь необычной работе.

Каждая работа необычная! Ни я, ни клиент никогда не знаем, что обнаружится в процессе. Это всегда тайна! Иногда у человека «все карты на руках»: он всё про себя знает, но не может сложить паззл, потому что недооценивает отдельные фрагменты. Иногда человек спотыкается о внутреннее противоречие, когда две его разные части движутся в противоположные стороны . На сессии это становится очевидным, и паззл собирается, а внутренние фигуры договариваются между собой.

Одна из последних историй связана с убеждением-блоком, появившимся в детстве. Клиентка никак не могла продать квартиру, и обычный расклад на Таро не выявил никаких внешних факторов, мешающих продаже. Значит, искать следовало внутри. На психодайвинге она сразу увидела на картах образы из детства, погрузилась в воспоминания и стало ясно, что в те детские годы она пришла к заключению, что у нее не может быть процветающего дома, радующего обустроенностью и достатком. Это был бессознательное убеждение-блок: "хорошо бывает только в сказках, а у меня так быть не может", и все ее усилия разбивались вдребезги об эту установку. Мы подобрали ей практику, как поработать с убеждением, и через несколько месяцев она написала, что продала старое и благополучно купила новое жилье.



Интервью брала Малка Корец


Контактная информация:
ka.mantike.pro
skype: mudra_ka
email: ka@mantike.pro
Facebook: Katherine Nistratova



Надежда Котляр, психотерапевт

Знакомьтесь – Надежда Котляр, психолог,  психотерапевт. К ней приходят те, кому психологические  проблемы осложняют жизнь: неуверенность в себе, многочисленные стрессы в семье и на работе, раздражительность, страхи, трудности в общении.  А так же те, кому более серьёзные проблемы не дают спать и вообще жить: люди в депрессии, с фобиями, даже психиатрическими нарушениями (параллельно с курсом лечения, разумеется).


Надежда занимается йогой и медитациями, бегом и танцами. Здоровый образ жизни считает не только полезным, но и психологически
правильным. Профессиональное образование, серьезное отношение к работе и хорошая интуиция позволяет Надежде Котляр помогать в по-настоящему тяжелых ситуациях.



[Spoiler (click to open)]

- Надежда, что привело Вас в психотерапию?

Около двадцати лет назад у меня случился тяжелый период. Грыжа диска уложила меня на больничную койку, а сложности в семейных отношениях – повергли в депрессию на фоне внешнего полного благополучия. Пришлось выбираться.

По первому образованию я - инженер, и в молодости стояла на позициях материализма. Значительный переворот моего материалистического сознания произошел, когда  меня  вылечила от проблем с позвоночником семья целителей, люди без всякого медицинского образования. Причем это было уже после того, как официальная медицина подготовила меня к серьезной операции. Когда
восстановились угасшие рефлексы в отсыхающей ноге, я так удивилась, что решила разобраться со всем сама. Занялась йогой, начала пить пищевые добавки, изучать связь тела и души.

Но депрессия долго не отступала.. Хорошо, что ума хватило пойти в клинику и попросить о помощи – когда смогла ходить, одно время даже это было проблемой. Буквально на первом же сеансе психотерапевт попросил меня нарисовать свой образ в будущем. И,  представляете,   я увидела себя психотерапевтом!  Не удивительно, что вскоре поступила в Омский ГУ на психологию.

- Были когда-нибудь сомнения в правильности выбранного пути?

Нет, не было.  Параллельно с учёбой в университете я  два года практиковала волонтёром в психиатрической больнице. Моя первая
клиентка вылечилась после пяти сеансов. Это было такая радость, что мотивации продолжать хватило надолго.  Интерес к профессии рос по мере получения нового опыта,  и после окончания университета я совершенно осознанно пошла работать в общепсихиатрическое мужское отделение больницы. Это был колоссальный профессиональный и человеческий опыт.

С каждым клиентом, которому я помогаю значительно улучшить жизнь,  с каждым прожитым годом, который становится всё интереснее и насыщеннее, я убеждаюсь в том, что сделала правильный выбор. И сейчас я очень благодарна той своей тяжелой болезни, которая заставила меня свернуть с проторенного пути и выбрать то, что мне по-настоящему интересно. Возможно, это и есть моё предназначение, моя миссия

И, конечно, я постоянно сама прохожу личную  терапию у специалистов. Считаю, что для работающего терапевта это необходимость, никогда не пошлю клиента к такому, кто этого избегает.

- А специализацию долго выбирали?

Я как-то сразу ориентировалась на помощь, и до сих пор занимаюсь только решением проблем. Скептически отношусь к тому, чтобы делать коучинг людям, у которых есть проблемы и психологические барьеры. Сначала нужно проработать то, что внутри, а потом уже строить планы.

-  Говоря о себе, Вы подчеркиваете, что являетесь не просто психологом, а психотерапевтом. В чем разница?

В самом широком смысле психология - это наука о душе. Психологическое образование получают в университете, и психолог, получивший образование, может заниматься исследованиями, психологией управления, психологией рекламы, педагогической психологией и еще массой разных направлений, связанных с наукой о душе.

Психотерапия - это помощь при различных психологических проблемах, в основном, это - лечение словом.  Психотерапией после специального обучения, могут заниматься врачи, психологи, педагоги, социальные работники. Я - психотерапевт, имеющая базовое психологическое образование, дополнительную специализацию по медицинской психологии и прошедшая  длительное обучение психотерапии, о чем имею соответствующие дипломы и сертификаты.

- Кто Ваши клиенты? С какими проблемами обращаются?

В основном,  30 лет плюс/минус  10, хотя бывают и  пожилые. По большей части они приходят со страхами:  приступами паники, фобиями и неуверенностью в себе (за которой часто тоже прячется страх).  Еще, конечно, депрессии, раздражительность, нарушения пищевого поведения, зависимости,  трудности в отношениях.

Очень часто приходят потому, что возникли проблемы в семье. Тогда я стараюсь работать с каждым членом семьи в отдельности. Увы, обычно приходит только один (и чаще всего это женщина). Тогда работать сложнее. Иногда наоборот, приходят люди, которые не могут создать семью, и мы ищем причину. Была, например, красивая благополучная женщина лет сорока. Она активно и изобретательно знакомилась, недостатка в поклонниках не было. Но как доходило до более близкого контакта – тут же что-нибудь случалось (то понос, то головная боль), что не давало довести дело до конца. Мы с ней работали, пока не дошли до раннего детского переживания, положившего начало бессознательному запрету на секс. Проблема решилась.

Кроме того, я работаю в клинике «Исраклиник», которая занимается медицинским туризмом и специализируется на лечении психиатрических проблем и наркомании.  Так что бывают у меня и психиатрические больные, проходящие лечение медикаментами, например, больные шизоаффективными расстройствами, затяжными депрессиями, алкоголизмом.

- Много ли времени нужно посещать сеансы?

Обычно речь идет о цикле встреч, точное количество предсказать невозможно. Минимальное было однажды – за две встречи человек решил серьезную проблему. Максимальное – 27, и это включая так называемые «поддерживающие» встречи (когда человек продолжает приходить раз-два в месяц для закрепления). Обычно собственно терапевтический процесс для решения конкретной задачи занимает 8-10 встреч.

- Можете вспомнить случай из практики, которым гордитесь?

Тот, который уложился в два сеанса. Очень было неожиданно. Молодой человек пришел и сказал: я умираю. В основном он боялся за сердце, хотя врачи проверили и ничего не нашли. Парень перестал есть и спать, а страх смерти не уходил, и физические симптомы (сердцебиение, дрожь в руках и другие) оставались. Напомню, это - типичное проявление приступа паники.

Первая встреча у меня всегда диагностическая. Я знакомлюсь, спрашиваю про семью, биографию. Но здесь не было времени (я через день улетала), и пришлось действовать быстро. История была такая. Парень жил вполне благополучно, хорошо зарабатывал. И однажды у него случилась бурная любовь. Он переехал к девушке, после чего жизнь стала настолько активной, что перестал спать. Причина бессонницы была, конечно, прекрасной, но через некоторое время начались панические атаки, страх умереть.

- Что со мной? – спросил он.
- Да все в порядке, просто предохранитель вылетел, - отвечаю.
- А что делать?
- Вставлять предохранитель.

Я провела с ним трансовую технику, после чего улетела. На второй встрече молодой человек  сказал, что панические атаки исчезли, зато появилась агрессивность, раздражительность. Провели сеанс релаксации. Перед следующей встречей  он позвонил, и сказал, что записался в спортзал, и еще возникла куча дел – в общим, стал жить, и времени на терапию уже не оставалось.

В этом случае горжусь своей способностью  сонастройки с клиентом. За счёт внимательности я  быстро почувствовала клиента, а он быстро принял мое предположение. И результат получился буквально «звездный» - мгновенный и точный.

Еще случай хочу рассказать, из работы в «Исраклиник». Туда приезжают люди из русскоязычного пространства от Майями до Сахалина, у которых есть деньги, и которые  за эти деньги  не смогли найти помощь дома. То есть, с простыми проблемами в "Исраклиник" не обращаются. И вот приехала молодая симпатичная девушка, офицер милиции и адвокат, отец - известный в своём регионе человек. С двенадцати лет её мучили жуткие и совершенно необъяснимые приступы паники, которые "обросли" затем многочисленными фобиями. Она не могла самостоятельно передвигаться по городу, боялась  летать на самолёте, ездить на лифте.
Вплоть до того, что не могла сделать сама  заказ в кафе. Муж везде ее сопровождал, в том числе на работу, где она справлялась с публичными выступлениями только немалым усилием воли. Какое-то время пила, чтобы заглушить страх, и это само по себе уже превратилось в проблему. Несколько месяце назад пить она  сама бросила, но фобии только усилились.

Работы было много. Всплыли и детские травмы, и приступ удушья от проглоченной пуговицы, и перфекционизм – чтобы быть хорошей перед мамой и папой, и всякое другое. Сеансов через десять она спокойно уже ездила одна на лифте, ходила в кафе, и однажды заговорила со мной совсем на другую тему.

- А как там твои фобии? – спрашиваю.

- Ой, да я уже про это забыла! – отмахнулась девушка, чья жизнь последние лет пятнадцать выстраивалась исключительно вокруг ее фобий и панических атак.  У меня даже мурашки по коже – вот он, настоящий результат работы!

- Что в работе терапевта доставляет Вам самое большое удовольствие?

Есть у меня «любимая» категория клиентов: мужчины-программисты. Это скептики, с отличным логическим мышлением. Нужно очень постараться, чтобы завоевать их доверие и убедить хоть немного изменить свои убеждения. Они считаю, что главное – это ум, тело – только придаток, а эмоции нужно уметь подавлять. В результате то, что подавляется, мстит: снижается настроение, жизнь становится скучной, бесцветной, появляются неуправляемые вспышки агрессии, головные боли и другие психосоматические симптомы.

С ними я люблю работать, потому что сама в прошлом инженер и системный программист, и могу говорить с ними на общем языке. Тот, кто когда-то писал на ассемблере (язык программирования, состоящий только из нулей и единиц), может простроить  нужную в данный момент логическую цепочку, но это - очень непростая работа.  Нужно быть очень убедительной, использовать научную аргументацию и собственный опыт, чтобы выстроить мостик между душой и рассудком у таких критичных клиентов.  Таким и только таким образом можно ввести в транс слишком «умную» голову, и дать высказаться бессознательному.

- Каким своим качествам или способностям Вы больше всего доверяете?

Кто-то сказал, что главный инструмент психотерапевта – это здравый смысл. Производная от полученных знаний, логики и личной проработки. Результат всего этого, наверное и есть здравый смысл, ему я в себе доверяю.

Но не менее важна и хорошая интуиция, которая позволяет в нужный момент сказать нужные слова, и настраиваться на клиента «напрямую», без личных наложений. НЛП с  техниками подстройки и ведения мне непонятно, потому что и так делаю это автоматически. Еще в начале практики с удивлением обнаружила, что рядом с клиентом у меня сама меняется поза, голос, словарный запас. А иногда буквально как что-нибудь "брякну", не понимая почему, и это как раз меняет весь ход терапии, оказывается самым важным.

- Чего в мире становится больше после Вашей работы?

Спокойных, уверенных  людей. В отличие от популярной нынче психологии оптимизма, бурного успеха и «счастья через край», я говорю: жизнь всякое подкидывает, а главное – умение справляться с трудностями, оставаясь собой, не ломаясь, сохраняя радость жизни.

В трансе я даю настройку на уверенность, спокойствие и свободу. Благодаря этим состояниям человеку гораздо легче думать, действовать и принимать решения. И я знаю, что даже если всплывет потом что-то еще, к старой проблеме возврата нет.

-Надежда, вы пять лет в Израиле, и уже больше трех лет активно и успешно работаете по специальности. Как Вам это удалось, ведь
эмиграция - очень непросто?

- Это - тоже результат личной терапии, в результате которой я получила твердую уверенность в себе, это - знание того, что я хорошо
делаю то дело, которое очень нужно многим людям, трезвая оценка ситуации, поддержка и советы коллег.  Вообще, для меня переезд в
Израиль стал новым толчком к развитию, я так много нового узнала и освоила!

- Вы говорили, что психотерапевту важно поддерживать собственное состояние. Поделитесь секретом, как Вы это делаете.

Во-первых, обращаюсь за психотерапией сама – считаю это обязательным в сложных ситуациях. А еще - движение и медитативные практики. Ежедневно занимаюсь йогой по системе Виктора Бойко. Считаю, что это самая грамотная и психотерапевтичная школа йоги. Посещаю группы контактной импровизации в центре Урбан-Тао, а по выходным присоединяясь к дзен-походам (когда отпускают трое детей и четверо очаровательных внуков). Бегаю по утрам с собачкой на море, плаваю, танцую танго и очень ценю все, что имею на сегодняшний день.


Контакты
e-mail:
nkotlyar55@gmail.com


Эстер Карпол, кинезиолог, метод «Единый мозг»

Знакомьтесь – Эстер Карпол, кинезиолог, чья специализация – метод «Единый мозг», на иврите «Моах эхад» . Эстер работает с эмоциональными состояниями, выявляет их причины, снимает нервное напряжение и приводит организм в состояние равновесия на трех уровнях: тело, эмоции, сознание.



– Возьму, пожалуй, сразу быка за рога: чем уникален метод?
[Читать дальше]Уникальность метода-интеракция и согласованность на всех уровнях сознания!
Когда мы говорим с тобой, мы говорим на уровне сознания, правда? То, что ты думаешь, ты говоришь мне; то, что я думаю, я говорю тебе. Очень часто это не очень объективно, мягко говоря. Даже самый прямой и честный ответ включает как то, во что мы верим, так и то, что спрятано на подсознательном уровне от нас самих. Причина такого «прятанья» - страх, боль или страх перед болью. Откуда они взялись? На подсознательном уровне находятся ограничивающие системы убеждений, полученные в раннем детстве в основном  до 7 лет, которые контролируют сознательный уровень. А поскольку они не осознаются, в этом месте есть конфликт между сознанием и подсознанием.

Приведу пример. Человек говорит: «чтобы добиться успеха я должен работать очень тяжело», это его сознательное убеждение. А причина этого лежит в убеждении подсознательном, которое звучит как «я ничего не стою» или «я должен всем доказать» и т.п. Оба эти убеждения создают внутри человека конфликт, приводят его в состояние неуверенности, невозможности принять решение и – крайний пример – саморазрушению.
Так что главное – и «Моах эхад» это умеет – получать ответы в обход сознания. Это техника проверки по мышечному тонусу, на уровне тела, позволяющая задать вопрос подсознанию и получить лежащий там ответ.

– По мышечному тонусу? Это как?

Наш мозг знает все. Именно он дает электрический сигнал мышцам совершить  какое-либо действие. Как думаешь, почему человеку предлагают сесть на стул, прежде чем сообщить неприятную новость? В момент стресса мышцы ослабевают, так что человек может даже упасть. Тоже самое здесь. Если запрос вызывает эмоциональное переживание, я почувствую как мышцы ослабли. А если нет - они сохранят тонус.
Кстати, таким способом можно определить, например, какие продукты питания подходят человеку, а какие нет: организм это точно знает.
Но это еще не все! Я проверяю одновременно мышцы обеих рук. Почему? Правая сторона тела связана с левым полушарием, а левая сторона с правым. Левое полушарие – логика, контроль, действия. Там же находиться «центр выживания», принимающий решение убегать или сражаться. Оно отвечает на вопрос «что я уже знаю».  Правое полушарие – творчество, воображение, выбор. Для него не важно время и пространство, и там хранятся страхи, границы и ограничивающие системы убеждений. Оно отвечает на вопрос «кем я могу стать».
Проверяя обе руки мы включаем оба полушария и получаем доступ к «банку памяти» в обеих сферах одновременно.
Это и есть «Моах эхад» - «Единый мозг».
Поэтому если человек хочет именно «поговорить об этом», ему лучше идти к психологу, сразу предупреждаю! Мне не надо долго расспрашивать человека, что с ним было, и что создает его сегодняшнюю проблему.  Я сама могу по мышцам руки это узнать.

– А дальше?

А дальше я использую все свои знания и опыт одиннадцати курсов, изученных мной, и всех толстых книжек, описывающих различные техники, чтобы снять твое напряжение в настоящем времени. Это первое. Техники могут быть самые разные, их сотни: из китайской медицины, из психологии и НЛП, из самых разных областей.

– А как ты будешь решать, что именно делать?

Я спрошу по твоей мышце: что самое лучшее для тебя? И твоя мышца скажет мне: «Иди в пятую книгу, открой 27-ую страницу, 3-я строчка покажет тебе, что ты должна мне сделать».
Потом, когда я сниму актуальное напряжение, я буду проверять твою прошлую жизнь. Я спрашиваю опять же у твоей мышцы, естественно: что было в твоей жизни такого, что могло повлиять на то, что с тобой происходит сейчас? Давность не имеет значения: начиная от зачатия и до сегодняшнего дня.
Опять же, видишь, я спрашиваю не у тебя, я спрашиваю у твоего подсознания.

– Расскажи подробнее, как ты это делаешь.

Мы апеллируем к тому, что все чувства записаны на клеточном уровне. Никуда ничего не уходит. Все существует в нашем теле с момента зачатия, даже если мы этого не помним. Поэтому используя вот этот инструмент – мышечный тонус, обращаясь к подсознанию через тело, и я обязательно получу ответ.
Так вот, когда мы освобождаемся от негатива прошлого на эмоциональном и физическом уровнях, настоящее улучшается быстрее. И «Моах эхад» позволяет это сделать очень быстро!

Например, я спрашиваю: В каком возрасте произошло то, что имеет влияние сегодня? Дам пример. Например, ты боишься плавать. Ты боишься воды. Едешь с мужем на море, он делает глубокий заплыв, а ты сидишь на берегу. Ты пришла ко мне. И я по твоей мышце вижу возраст: четыре года. Я могу даже у тебя прямо спросить: «Скажи, Малка, что было в четыре года?» Ты можешь не вспомнить. Тогда я продолжаю спрашивать по мышце:  «Это был какой-то мужчина? Какая-то женщина?» И прихожу к тому, что я вижу, что это – мужчина. Тогда я спрашиваю: «Дедушка? Папа? Дядя?»
Таким образом, мы доходим до того, что, допустим, дядюшка тебя бросил в бассейн в четырёхлетнем возрасте, потому что думал, что так ты научишься плавать быстрее всего. И как результат - у тебя теперь есть страх воды.
Мы снимаем твой страх заплыва с дядюшкой, и вдруг ты назавтра можешь плыть со своим мужем!
То есть я там, в твоём четырёхлетнем возрасте использовала свой инструмент для того, чтобы снять этот стресс.

Возвращаемся в настоящее время. Еще не все! Мало снять то негативное, что было на уровне тела и подсознания, нужно еще, чтобы оно не вернулось. Напряжения и стресс нельзя исключить из нашей жизни - они ее неотъемлимая часть. Необходимо обучить человека самостоятельно с ними справляться. Поэтому в конце каждого сеанса я обязательно даю домашнее задание. Опять же, спрашиваю по мышце. Например, это могут быть какие-то легкие движения, нажать какие-то точки, где-то помассировать, повторять какие-то фразы.

– Сколько времени нужно для получения результата?

Зависит от готовности человека. Если она высокая – через две-три встречи должно наступить облегчение. Я уже на первой встрече говорю об 100% ответственности человека за свои действия.
В конце работы, обычно на это уходит сеанса четыре-пять, я обучаю человека, что ему делать дальше. Я научу, как успокаивать себя и приводить в равновесие через тело. А потом,  после того, как человек разрешил себе почувствовать, после того, как у него есть инструменты, как самому себя успокоить, я предлагаю, чтобы он взял контроль и ответственность – и изменил свою мысль, уже после того, как он знает, какая это мысль. Которая, в свою очередь, изменит эмоциональный настрой, после чего изменяться, соответственно, его действия.
Вот и жизнь изменилась к лучшему!
В качестве домашнего задания я прошу человека, независимо от темы, чтобы он спрашивал себя несколько раз в день – что он думает? Что он чувствует? И чтобы он понял, что за мысль привела его к этому чувству, и где все это в теле сидит. Ну, а инструменты работы с телом он уже от меня получил.

– Кто к тебе чаще всего обращается?

В основном я работаю с женщинами, а в силу того, что я религиозна, то чаще всего, это религиозные женщины. А поскольку я живу в Бейтаре, чаще всего это  жители Бейтара, но ко мне приезжают от Иерусалима и до Хадеры как религиозные так и нерелигиозные. Возраст от 20 лет и до 70. С чем приходят? Очень много страхов во всех проявлениях, панические атаки, фобии.
Например, у меня была женщина, беременная седьмым ребёнком, то есть,  уже прошла шесть родов, и прошла их совершенно нормально. У которой возник страх перед родами. Невероятный.
До такой степени, что вместо того, чтобы ехать в больницу, она пришла ко мне. Со схватками. Я ей говорю: «давай вызову амбуланс!», а она говорит: «Нет. Моах эхад». Короче, я сделала «Моах эхад», вызвала ее мужа и амбуланс. Дело закончилось тем, что мы были с ней на телефоне все время, с двух часов дня до девяти вечера.  Она мне звонила, и мы работали.
- Я выхожу из машины – я боюсь. Мы с ней говорим.
- Я вижу дверь больницы – я боюсь. Мы говорим.
- Я поднимаюсь на лифте, скоро я увижу этаж – я боюсь.
- Вай, я увижу сейчас белые халаты – я боюсь.
Она мне позвонила раньше, чем своей маме – сказать, что у неё родилась девочка, и что это были невероятно чудесные роды, она в первый раз так чувствовала всё и переживала, вместо того, чтобы бояться и пропустить этот момент.

Всякие травмы из прошлого или настоящего: тяжёлая болезнь или потеря близкого. Сложные отношения в семье,  которые человек переживает как травму. Неуверенность в себе – это очень частая тема. Проявляется буквально везде. Это мысли вроде: «я недостойна», «во мне есть проблема», «а с чего это именно меня выберут и захотят?». И не имеет значения, в семейной жизни или в работе.
Еще часто обращаются с темой «Я хочу узнать, кто я». Вот так прямо и задают вопрос – кто я, в чём моё предназначение?  Хотя, я думаю, каждый человек знает, в конце концов, кто он.

Бывают иногда и физические проблемы, как мигрень, скажем, мигрени, боли в спине или тошнота при беременности. Все эти расстройства имеют эмоциональную природу, поэтому «Моах эхад» с ними успешно работает.
В скобках замечу, что питание  - подходящую именно для этого человека диету, проверяю и мужчинам тоже.

– А как насчет детей?

С детьми я работаю, начиная с 7-8 лет, не раньше. В этом возрасте они могут уже держать руку так, чтобы можно было проверять мышечный тонус.

–  С чем их приводят?

– Обычно это ночное недержание мочи или проблемы с обучением, скажем, дислексия, или проблемы с вниманием, памятью и концентрацией, или гиперактивность. А однажды у меня был ребёнок с такой гиперчувствительностью, что он не мог вынести запах никакой еды. Совершенно. Даже если ты варишь картошку, и он зайдет, то убежит до Парижа.  Есть такое особое нарушение, когда одно или два из пяти чувств слишком обострено.
Он был у меня два раза. Они приезжали ко мне в Бейтар из Петах-Тиквы. Два раза – всё прошло! Мальчик, который девять лет страдал, постоянно бывал на всяких процедурах в больницах, выздоровел за два сеанса. Его мама – архитектор, сказала ему: «Ты знаешь, Эстер – она моя коллега, она – инженер-строитель когда-то была». А он говорит (на иврите это звучит лучше): «Меhандесет-биньян? Вэ ма ахшав, hи – меhандесет-хаим?» То есть: «Была инженером-строителем? А теперь она кто, инженер жизни?»
Очень горжусь этим определением.

– Ты говорила, что «Моах эхад» использует множество коррекционных техник из самых разных областей. А есть какие-нибудь уникальные?

Есть. Расскажу о двух. Одна – поведенческий барометр (***).
А вторая – она очень простая, ты прямо сейчас ее можешь использовать. Положи одну руку на затылок. Там находятся центры мозга, отвечающие за боль, страх и страх боли. Это источник нервного напряжения, который мешает тебе свободно и осознанно делать выбор. Теперь положи вторую руку на лоб. Лобные доли – это место, в которых делается тот самый выбор. Одновременно активируя обе зоны ты гармонизируешь состояние своего сознания: нейтрализуешь сильные эмоции и активируешь мышление, выбор. Появляются варианты, способность найти выход из положения.

– Эстер, как выглядит результат твоей работы?

Когда человек понимает, что выбор в его руках, что у кого проблема – у того и решение. Когда он берет ответственность за свою жизнь и я вижу, что он продвигается вперед и не останавливается с исчезновением симптома, а начинает менять свое поведение. Корабль его жизни переходит с автопилота на ручное управление. И тогда то, над чем мы работаем, начинает проявляться в жизни. Человек начинает видеть, что есть жизнь за пределами страданий.
Моя жизнь была сложной, в ней было много испытаний, которые я прошла. И теперь приношу людям веру в то, что это возможно. Во время работы я беру на себя сто процентную ответственность за свой профессионализм, за то, что во время сеанса я с человеком и для человека. Я уменьшаю насколько возможно свое личное влияние, не даю советов и не допущу возникновения зависимости.
Я люблю людей, люблю общаться, нести знания и открывать возможности. Я искренне верю в том, что все ответы есть только у тебя, и помогу тебе тоже в это поверить.

Галина Хейнзельманн (Galina Heinzelmann), психотерапевт

Знакомьтесь: Галина Хейнзельманн (Galina Heinzelmann), детский и семейный психолог, психотерапевт для детей и взрослых, консультант по вопросам семьи, отношений и личностного роста. Уже 25 лет живет и работает в Берлине, постепенно расширяя свои возможности с помощью скайпа.



– Галина, как получилось, что Ваш профиль настолько широк: от детского консультирования до психотерапии для взрослых?
[Spoiler (click to open)]
С детства я любила слушать и наблюдать людей. Интересно было буквально все, про что бы ни шла речь, главное – чтобы человек говорил. Так что при поступлении вопроса даже не возникло: это мог быть (и стал) только Ленинградский университет, факультет психологии. После окончания университета я благополучно проработала психологом до самого отъезда в Германию летом 1990г.

­– То есть, Вы начинали как психолог для взрослых?

Да. Я преподавала психологию в Вузе, работала клиническим психологом в психиатрической больнице По приезде в Германию я прошла специализацию по детской и семейной психологии и психотерапии. И в этом качестве начала практику консультирования по вопросам воспитания, детских проблем и семейной терапии в Берлине.
Моим первым местом работы стала мобильная служба психологической поддержки детским садам. К нам обращались воспитатели и родители, если у ребенка возникали какие-то проблемы. Мы приходили на место, проводили тестирование и терапевтическую работу, выдавали рекомендацию.
Затем мобильные службы были реорганизованы, вместо них в каждом районе были созданы муниципальные центры по вопросам семьи и воспитания. В одном из таких центров я и работаю консультантом по сей день.

Параллельно с этим веду частную практику как психотерапевт. Ко мне обращаются самые разные люди по самым разным вопросам. И родители с детьми, и подростки, и взрослые, (со всем широким спектром вопросов, который только можно вообразить.)





– Спектр весьма широк. Есть ли какие-то проблемы, с которыми Вы не работаете?

Как терапевт не стану работать с теми, чьи проблемы и состояния не входят в сферу моей компетенции: психиатрические расстройства, требующие медицинского вмешательства, зависимости, например алкоголизм и наркомания.
Однако любой человек может обратиться ко мне за консультацией, получить психологическую поддержку. Вместе с моим клиентом мы проведём  анализ сложившейся ситуации, в случае необходимости я предоставлю информацию об учреждениях и социальных программах, где может быть оказана помощь по конкретному вопросу.

– Детская психотерапия, в чем она заключается?

Я считаю, что до определенного возраста дети в особой психотерапевтической  коррекции не нуждаются, потому как т.н психологические проблемы детей зачастую суть проблемы родителей, ближайшего окружения, школы-систем, в которых ребёнок должен жить и выживать. Поэтому когда ко мне приводят ребенка с просьбой «починить», я стараюсь довести до взрослых необходимость в первую очередь  работы над собой, семейными отношениями, обучаю взрослых видеть за действиями ребёнка призыв о помощи, неудовлетворённую потребность быть понятым и принятым.
А детям я дарю опыт позитивного общения с Миром взрослых. Миром, где присутствует безусловное принятие его таким, какой он есть, понимание и внимание к его потребностям. Миром, где реакции взрослого прогнозируемы, где ребёнок может побыть самим собой без страха быть отвергнутым или непонятым. Этот позитивный опыт даёт ребёнку возможность узнать и поверить в то, что бывает по-другому, чем на данный момент в его жизни.



- Что спрашивают чаще всего, с какими проблемами обращаются?

С самыми разными. Приходят женщины, неудовлетворенные собой, своей жизнью, проблемами связанными с переездом в другую страну, не сложившимися семейными отношениями, различными вопросами связанными с воспитанием детей. Приходят больные люди, впавшие в депрессию. Обращаются в случае развода и связанных с этим решением сложностях. Советов я не даю, но помогаю людям в поиске решений, выхода из сложившейся ситуации. Обучаю всевозможным психотехникаам, применение которых может помочь в достижении психологического баланса.
Я придерживаюсь мнения о том, что наши эмоции как негативные, так и позитивные являются продуктом нашей мыслительной деятельности. А это значит, что в конечном итоге мы являемся Творцами нашего эмоционального состояния, мы сами, а не обстоятельства определяют хорошо нам или плохо. Выбор всегда за нами.

– Интересно, это убеждение диктуется профессиональным подходом, или оно Ваше личное?

Вы знаете у меня, как и многих психологов, сложился в процессе работы и повышения квалификации собственный подход, сложенный из элементов различных психотерапевтических школ и направлений. Однако основным базовым для меня остаётся биографический-системный-поведенческий подход.
В качестве поведенческого терапевта я исхожу из того, что все мы когда-то чему-то научились например научились определенным образом реагировать на те или иные ситуации, которые подкидывала нам жизнь. А если мы чему-то научился, но это перестало «работать», значит мы можем « разучиться». Т.е заменить способы реагирования на те или иные внешние стимулы, которые оказались на сегодняшний день неактуальными и мешающими жить, на «работающие», помогающие обрести психологическое равновесие и позитивный настрой.

И конечно я твердо верю, что человек должен в первую и последнюю очередь работать с собой, брать на себя ответственность за свою жизнь, свои решения, действия и поступки.  Поэтому я как терапевт не могу никого «вылечить», а предлагаю профессиональное сопровождение и поддержку на этом нелегком, но интересном пути к себе.



– Можете рассказать какой-нибудь случай из практики, который особенно запомнился?

Да, был такой случай. Ко мне обратился человек, которому был поставлен диагноз рак желудка в продвинутой стадии. Врачи обещали ему недолго, а у него жена, новорожденный ребенок…  Мужчина решил, что выбрасывать деньги на дорогое, мучительное и все равно  ненадежное лечение он не будет: деньги больше пригодятся жене и ребенку, когда он уйдет. А ко мне обратился, чтобы «поговорить с зеркалом» и убедиться в правильности своего решения.
После нескольких наших бесед он все-таки выбрал жить. Прошел через все тяжкие:  операции, химиотерапию и все с этим связанное, приобретение дорогостоящих лекарств. Дело было лет 15 назад, человек жив до сих пор, родил еще троих детей и ведет потрясающе активный образ жизни.

– Потрясающе! То есть, Вы фактически спасли человеку жизнь.

Не я! Ни в коем случае не я, это был он, это было его решение. А мне выпало счастье быть свидетелем этого осознанного выбора.
Вот что особенно нравится мне в моей работе. Человек пришел и сделал выбор. Сам. А я имела возможность сопровождать его в этом.
Самое важное и самое чудесное – это слушать, слышать, видеть, чувствовать. Наблюдать, испытывать счастье, наблюдая, какая фантастически сложная внутренняя работа происходит внутри человека, и ты удостоился наблюдать это чудо.
А самое большое чудо – это ощущение мостика, момент контакта, доверия между мной и клиентом. Это всегда подарок!

Это большое мужество – довериться, позволить чужому человеку заглянуть в глубины себя. Я испытываю большое уважение к своим клиентам, которые на зависимо от возраста и ситуации, в которые завела их жизнь, это мужество проявляют.
Результаты, подобные рассказанному мной, подтверждают, что сделанный мной когда-то выбор в пользу психотерапии – правильный.



– Какой  результат своей работы вы считаете самым важным?

Я исхожу из того, что не мне решать, какой результат человеку важен. Это решает он, и его выбор я принимаю с полным уважением. Моя задача – сопровождать человека к пониманию того, что с ним происходит, дать возможность заглянуть в себя и увидеть варианты, возможности, пути движения.
Это как на велосипеде. Если просто на нем сидеть, то очень быстро упадешь. Главное – поехать и обнаружить, что ты можешь двигаться, управлять процессом и поменять направление в случае необходимости.
Вот так примерно я и вижу свою задачу, суть моей профессии: перевести человека из застывшего состояния в состояние движения и выбора. А профессия – это и мой внутренний выбор, моя жизнь. Так что для меня это очень важно.

– Известно, что если человек чувствует себя плохо, он не всегда идет к психологу. Шоппинг, путешествия, массаж, любовник,  гадалка... Есть множество способов поднять себе настроение и выйти из кризиса. Как Вы думаете, в каком случае только психолог может помочь?

Существует множество способов получить временное облегчение, и в некоторых случаях этого на самом деле бывает достаточно.
Но часто обнаруживается, что раз за разом ты прибегаешь к испытанному средству, а оно даёт лишь временное облегчение, выбранные тобой способы, на самом деле ничего не решая, лишь делают тебя зависимым от них. Тогда ты вдруг начинаешь понимать, что что-то не так, и вступаешь на путь поиска выхода из сложившейся ситуации.
Вот именно на этом этапе неплохо было бы иметь грамотного проводника, которым может стать профессионал психолог.

– Есть ли планы? Собираетесь ли Вы и дальше расширять спектр своих профессиональных возможностей?

Слышать, слушать и чувствовать – эти принципы отлично реализуются в скайп-консультировании, направлении, которое я для себя планирую развивать более активно.
Кроме того, в моих планах участие в нескольких проектах, проходящих за пределами Германии.

– Галина, как думаете, чего в мире становится больше от вашей работы?

В мире сегодня очень мало доверительного общения. Знаете, только сейчас вспомнила название дипломной работы, которую писала тридцать лет назад. Она называлась «Влияние доверительного общения на самооценку функционального состояния»: т.е., как меняется субъективная оценка эмоционального состояния человека после чуда доверительного общения, после мужественного решения открыться и довериться другому.
И вывод однозначен: боишься открыться, довериться мужу, ребёнку, психологу, священнику, себе самому в конце концов будешь болеть!
Я считаю что доверительное общение необходимо Человеческим существам как воздух.  Без него эмоциональный голод, холод и пустота. Я верю в то, что делаю мир добрее, сопровождая людей, обратившихся ко мне, решивших открыться и довериться мне, и вижу в этом свое предназначение.


Галина Хейнзельманн, контакты
galina.heinzelmann@icloud.com 


Ира Зеликман, украшения fleur-de-irk

Встречайте Иру Зеликман, украшения fleur_de_irk!

Перед вами человек, воспитанный с детства на произведениях мирового искусства. Так что Ирины работы выполнены с соблюдением всех художественных канонов.

Инженерное мышление дополняет художественный вкус, и каждое украшение - результат точного расчета расположения бусин и натяжения нитей. Оно будет держаться крепко и ровно, хоть танцуйте.

И напоследок: каждое украшение работы fleur-de-irk создано так, чтобы подойти определенному цветотипу. Ира точно знает про каждое свое изделие, кому оно подойдет. Лень рыться в каталоге? Напишите и спросите! Точный исчерпывающий ответ гарантирован.



[Читать дальше]

– Ира, как Вы стали заниматься украшениями?

Первые в моей жизни бусины и украшения из них появились в дошкольном возрасте. Я даже их отчетливо помню: рассыпанные черно-белые бусики.

Много лет это было увлечением, хобби. Бисер всегда был, а книг-то про него не было. Поэтому все способы плести и собирать узоры я придумывала сама. А в 2006г. я стала делать украшения на продажу и в больших объемах. К этому времени освоила покупки через интернет и смогла добраться до красивых материалов: камней, жемчуга, хорошей фурнитуры.

Получились украшения, в которых соединяются натуральные материалы (камень, перламутр, жемчуг) и бисер. Бисер выполняет ту же функцию, что обычно металл: соединить элементы украшения в одно целое и подчеркнуть природную красоту камня.

– Натуральные материалы и бисер, как Вам удается их «подружить»?

Вопреки распространенному заблуждению, бисер – это не пластмасса, он делается из стекла. Прокрашенный насвозь, богатый оттенками, с разнообразными оптическими эффектами, он представляет собой тоже вполне натуральный материал. Пластмассу я не люблю. И главное - не люблю вещи, которые притворяются не тем, что есть. Например, Сваровски выпускает стеклянный жемчуг. А я предпочту просто красивую стеклянную бусину, или пусть менее правильной формы, но настоящую жемчужину.

– Что вдохновляет Вас?

В создании украшений главным источником мотивации для меня являются женщины, которые будут их носить. Дело в том, что украшение не может быть «просто так», вещью самой по себе. Это не картина, чтобы на стенку вешать. Украшение должно носиться.  Оно должно соответствовать образу, подчеркивать его, добавлять уверенности в себе той, которая его носит. А раз так, значит, как правило, они менее выигрышно смотрятся на подставке, чем на человеке. Всегда поощряю клиентку примерить, если есть такая возможность: сразу видно, начнет ли на ней играть, или нет.

Поэтому мои украшения всегда адресные. Я могу описать каждое и рассказать, какому типу внешности оно подходит, какую женщину сделает более красивой и почему именно оно.


– Украшения, подходящие к типу внешности? Расскажите, пожалуйста, подробнее.

У всех разные формы лица, шеи, плеч. Разный цвет волос, кожи, глаз, и сочетания всего этого. Поэтому украшения должны подчеркивать и дополнять те внешние данные, которые есть именно у вас.

Самое прекрасное украшение может совершенно «убить» одного человека и заставить сиять другого. Такое простое понятие, как гармония, сложно потрогать руками, но человек, создавая образ себя любимого, стремится именно к этому.

Я не стану использовать в украшении пусть очень красивое, но сложное сочетание цветов, которое будет трудно соотнести с одеждой и типом внешности. Иначе может оказаться, что украшение, которое потрясающе смотрится на подставке, просто никто не сможет надеть. Если женщина пришла и ничего из имеющегося у меня ей не подошло – я просто сделаю новое украшение специально для нее.

Довольно много есть  украшений V-образной формы, потому что такая форма зрительно удлиняет шею, и это многим нужно. А представьте, наоборот, длинную узкую шею. В этом случае будет идеальна широкая стойка контрастного цвета, которая будет часть шеи закрывать и зрительно укорачивать. Кроме того, такому человеку я порекомендую круглые короткие серьги. Если лицо с заостренным подбородком – подойдут серьги каплевидной формы.

Например, это колье для женщины высокого роста, темноволосой, с достаточно смуглой кожей, уверенной в себе. Жесткий обруч позволяет ему хорошо смотреться на шее практически любой формы.


Образ – это в меньшей степени черты лица, а в  первую очередь пропорции и цветосочетание. Например, к русым волосам и светлым ресницам и бровям подойдут украшения пастельных тонов: голубой, золотисто-желтый, бледно-оранжевый. Но не яркий, приглушенный.

Одна моя знакомая стилист использовала мои украшения в качестве иллюстрации на своих лекциях по цветотипу. Для меня это был приятный опыт, с удовольствием его повторю. 

– Делаете ли украшения на заказ?

На заказ я не очень люблю работать, предпочитаю иметь большой запас разнообразных украшений и подбирать к конкретному человеку. Если ни одно не подойдет – тогда я предлагаю сделать на заказ.

Украшение должно сочетаться не только с оттенком кожи, глаз, волос, но и с личными предпочтениями, с образом жизни, который человек ведет, с тем стилем одежды, который он носит, с макияжем…. И все это как-то должно составлять цельный образ. Человек может прийти выбирать украшения в одной одежде, а потом носить с другой.

– Есть ли у Вас любимый материал?

Однозначно жемчуг. По двум причинам. Во-первых, натуральные материалы – камни, жемчуг, они не нейтральны в смысле сочетания с человеком. Когда человек прикасается к тому или другому материалу, у него возникает или не возникает с ним контакт, желание держать в руках, гладить, носить. 

Вот жемчуг – «мой» материал, мне хорошо и приятно с ним работать. А малахит или тигровый глаз, например, мне очень нравятся внешне, но работать с ними мне сложно, я физически устаю.

Во-вторых, я считаю, что жемчуг практически универсальный материал для женских украшений. Почти всем он идет, тот или другой, а разнообразия хватает. Если не знаешь, что выбрать – выбирай жемчуг, почти невозможно проколоться. У меня таких украшений много, их легко подобрать, они хорошо сочетаются, нетребовательны и неагрессивны.. Подходят ко многим типам внешности.

У жемчуга большое разнообразие цветов и оттенков. Кроме того, может быть много вариантов плетения: тонкая нитка, ажурное или массивное колье, крупные или маленькие серьги. Все это помогает создавать разные впечатления.

Жемчуг может примирить почти несочетаемые цвета. Например, нежная  блондинка, которая обожает ярко-красный цвет.  Не будем обсуждать, до какой степени ей это не идет, и во что может превратить ее внешность, саму по себе очень даже милую. Но раз от этого помидорного платья она отказываться не собирается, есть способ.  Надеваем широкое жемчужное ожерелье, белое или кремовое. У жемчуга, кроме цвета, есть собственный блеск. Ожерелье даст на лицо светлую подсветку, отделит большой массив красного цвета от лица.

Или, например, ярко-синий цвет, который мало кто может носить. Сам по себе он слишком яркий, акцент переносится на одежду, впечатление от лица размывается. Я выбрала бы жемчуг серебристого или стального оттенка, опять же отделяющий лицо от одежды.

Почти всегда решений больше, чем одно. Достаточно частое явление – человек, который пришел за одним, а унес три других.


- Можно ли принести Вам камень или старое украшение, чтобы Вы сделали на заказ из этих материалов?

Вообще-то я предпочитаю делать сама, и выбор у меня всегда обширный. Но если тебе нравится камень, скорее всего он тебе подходит. Так что нужно посмотреть на тебя, на камень и найти композиционное решение.

- Какой самый приятный момент в работе?

Очень люблю, когда клиент приходит, мы подбираем и примеряем десятки украшений, и вдруг – находится то самое! А самый приятный момент в работе, это когда я беру в руки новый красивый камень, и из него рождается украшение. Камни капризны, и не всегда приемлют мои идеи. Но когда удается найти верное композиционное решение, подобрать цвета и все это сложить в картинку, это очень приятно.

Поэтому люблю разбирать посылки с новыми материалами: это самые большие сюрпризы, потому что по картинке не всегда понятно, что там на самом деле. Почти все материалы приходят ко мне из-за границы, многие - напрямую от производителей или, по крайней мере, из той страны, где их производят.  Я прилагаю усилия, чтобы покупать все необходимые материалы по адекватной цене. Существенно, чтобы материалы были  недороги. Тогда даже большие и сложные украшения сможет позволить себе любая работающая женщина.

- На какие свои способности  Вы опираетесь, когда делаете украшение?

Я с очень раннего детства имела доступ к шедеврам мирового искусства. Мой отец – скульптор, который с раннего возраста уделял много внимания моему художественному развитию. Поэтому эти знания стали органичной частью меня. Плюс умение смотреть и видеть. Цветовые и композиционные идеи можно подхватить где угодно, и любая находка станет толчком к созданию нового украшения.

Есть интуитивное чувство гармонии, а есть формальные знания, полученные и в раннем детстве, и позднее – я постоянно что-то читаю, смотрю, совершенствуюсь; есть модные тенденции, которые приходится учитывать: цветосочетания, силуэты. Даже если они не очень-то соответствуют «родному» стилю человека, они накладывают определенные ограничения.


Как ни странно, мои технические способности тоже имеют значение. Бисероплетение предполагает некоторое инженерное мышление, чтобы придать украшениям ту или иную форму. Тут вся премудрость в геометрии расположения бусин и натяжении нитей.

Плетеное украшение – это всегда инженерная конструкция. Причем гибкая: в нем ходят, двигаются, наклоняются. Оно должно лежать на теле, красиво драпироваться, не смещаться и не деформироваться при движении. Поэтому пространственное воображение и инженерное мышление в моем ремесле очень кстати.

Еще, наверное, терпение и усидчивость. Создание таких украшений занимает много времени. Иногда на одно уходят десятки часов кропотливой однообразной работы. 

–  Что для Вас в Вашей работе сейчас является "точкой роста"?

Если говорить о новом направлении, то это преподавание. Первую в своей жизни группу я набрала совсем недавно. И успехи учениц меня безмерно радуют!

–  Все эти часы кропотливой работы, ради чего? Чего в мире становится больше?

Льщу себя надеждой, что красоты и гармонии. Мои украшения – совершенно прикладные вещи, которые служат созданию индивидуального образа. Они добавляют красоты и оригинальности в нашу страдающую от стандартов реальность.

Очень хочется, чтобы каждая женщина была красива и очаровательна по-своему. И если мои украшения некоторым в этом помогут, я буду считать свою задачу выполненной.




Где можно посмотреть работы Иры Зеликман:








Ирина Морозовская, психотерапевт. Тренинг "Семь стихий Любви"

Ирина Морозовская и ее тренинг «Семь стихий Любви»

Morozirina_ring Ирина Морозовская - психотерапевт, ведущий специалист по эриксоновскому гипнозу и пользуется им в своей практике творчески, постоянно пробуя и создавая новые методики и подходы. Одна из таких новых разработок – тренинг «Семь стихий Любви»

О чем тренинг?

О доме Любви. Доме, который может  построиться внутри каждого из нас, со всем необходимым для уютной жизни, жизни с любимыми людьми, рождения и взращивания детей.

Этот Дом создают Семь стихий: огонь, вода, земля, воздух, металл, дерево, дыхание жизни. И каждая из них хороша  на  своем месте,  в необходимом количестве и  в гармонии с другими. Например, Металла в доме может быть немного, но если из него сделаны гвозди и утварь – он занимает правильное место. Огонь может сжечь дом, если не построить для него  надёжный очаг. А если не хватает воды, жители дома будут страдать от жажды или добывать её отдельными усилиями.

Приводя в порядок и обустраивая дом Семи стихий Любви, мы создадим в себе обжитое, уютное пространство, где рядом с нами будут те, кто мы хотим. И где они тоже будут чувствовать себя хорошо и уютно, на своем месте.


Почему важно знать про свои Семи стихий Любви?

Collapse )