Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Штейман Вика, основатель амуты «הורים לצברים»-Tzabar Parents

Знакомьтесь – Вика Штейман, основатель и лидер амуты «הורים לצברים»-Tzabar Parents. Эта организация посвящает свою работу семьям, где растут маленькие «сабрята» - дети, которые родились в Израиле, и чьи родители приехали в страну в подростковом и юношеском возрасте. Ее цель – создать в таких семьях общность культурных и семейных традиций, способствовать сплоченности и более активной позиции в знакомстве с израильской и еврейской культурой.



– Вика, с чего все началось? Наверняка это было что-то личное, иначе большой волонтерский проект просто невозможно поднять.

[Читать дальше]
– Я много лет занималась неформальным образованием. Много – это с 2000 года, то есть на данный момент уже 14 лет. Работала и в Сохнуте, и в других проектах. Ездила на различные семинары в Украину, в Россию, в Израиль. Я все это очень любила. Потом родился ребенок, потом еще один с разницей в полтора года, и я выпала из привычной мне активной семинарской жизни. И не потому, что не хотела, просто мне как участнице с маленьким ребенком было просто некуда поехать. Ни один семинар не был рассчитан на участие молодой семьи с детьми. Я никогда раньше об этом не задумывалась. Мне в 8 часов нужно идти укладывать ребенка, а там только начинается главное мероприятие. Трудно в таком участвовать. Не хочется, чтобы ребенок был под ногами у взрослых, и хочется, чтобы и ребенку и родителям было интересно.

– Твои дети родились в Израиле. Сколько времени ты уже здесь?
– Я тут с двенадцати лет, приехала в 91-м. Уже 24 года. В Израиле я יработала в различных израильских организациях, в таких как, молодежные городские центры) (מרכזי צעירים. Но все-таки мне это не давало ответа, что можно было бы делать вместе с детьми – это раз. А во-вторых, появление детей вызвало у меня многие вопросы, касающиеся моего самоопределения как русскоговорящей израильтянки, которых раньше у меня не было.
Например, когда старшая дочка пошла в садик, мы задумались о праздниках. Раньше дома мы ничего особо не делали. Большие праздники отмечали – да, в основном у родителей, но не Кабалот Шаббат. А в садике они воспроизводят некую семейную ситуацию. Накрывают скатертью стол, есть аба шабат, има шабат – это очень внутрисемейные вещи. Ребенок приходит к себе домой, где ничего подобного нет, а мы должны решить, что сказать. "Ты это в садике уже сделала – хватит, зачем два раза»? Или «в нашей семье другие праздники»? А почему тогда не этот?
Дальше – больше, если раньше мы просто зажигали ханукию, то трехлетнему ребенку хочется уже что-то про это рассказать. А как? Нам и самим это не очень понятно, потому что мы сами узнали про это только в 15 лет, приехав в Израиль.
Вопроса не было. Вопрос появился. И вот мы с подругами, такими же образователями-мадрихим стали задаваться вопросами: как мы со своими 3-4х летними детьми устраиваем праздники, как рассказываем содержание, что делаем? И начали проводить маленькие вечера для себя – семей с детьми.

– А почему вы решили, что должны устраивать дома праздники и Кабалот Шаббат? Вы светские люди!
– Не то что мы должны. И к религии это не имеет отношения, тут другое. Для нас это часть еврейской цивилизации, и часть израильской семейной культуры – мира, к которому мы принадлежим.

– Значит, речь идет о передаче культуры?
Не совсем. Мы хотим помочь семьям создать свой опыт. Не влиться в некое общее русло, а создать собственный русско-израильский семейный опыт.

– Неужели вы первые?
– Не совсем. Есть программы, и уже давно, предназначенные для детей школьного возраста. Мы были первыми, кто вошли в эту тему с маленькими детьми.



– Почему так важен, на ваш взгляд, именно семейный опыт?
Потому что мы уверены, что семья закладывается именно в дошкольном возрасте. Когда ребенок –школьник приходит домой, приносит «свой мир» и что-то пытается объяснять, а родители далеки от этого, то начинается отдаление. И потом, уже в подростковом возрасте, обнаруживается, что дети и родители живут в разных культурных мирах.
Мы хотим помочь родителям и детям создать общее семейное содержание. И сделать это, пока ребенок еще мал и не может толком объяснить, что он узнал в садике, какие книжки на иврите читал, что рассказали про Песах. Мы помогаем «наводить мосты» и создавать свой семейный опыт, а не ждать когда будет «обвал на линии», потому что потом создавать культурную связь будет намного тяжелее.

– Расскажите подробнее, для кого создаются проекты амуты. Кто ваши «клиенты»?
– Такие родители, как я, которые называются «полуторное поколение» – дор вахеци. Это люди, которые 15-20 лет в Израиле, но приехали в Израиль как и я, в подростковом возрасте, не были здесь ни в садике, ни в начальной школе, приехали сразу в старшие классы, или, зачастую, прямо в университет. А в системе светского израильского образования единственное место, где есть шанс познакомиться с основами еврейской культуры это садики и начальные школы. Причем делается это настолько интенсивно, что только очень-очень невнимательный ребенок может что-то упустить. В начальной школе тоже этому много уделяют внимание А в старшей – физика, химия, багрут… И никто уже не говорит ни о каких праздниках.
Ещё некоторое «восполнение материала» встречается в армии. Но вот ситуация, например, когда девушка приехала в Израиль в 16-17 лет. Т.е. она и в школе не была, и в армию девушек после 17 не берут.  Прожила в Израиле 20 лет, и сейчас ей 35 лет. Она, может, получила два высших образования, говорит на иврите лучше, чем на русском, израильтянка «до мозга костей», но в смысле знакомства с еврейской культурой состояние ее мало чем отличается от того, что было до алии. Она на своем пути ни разу не встретила ни одного, где могла про это что-то узнать, если бы захотела.

– То есть, ей за двадцать лет не понадобилось ничего знать о еврейской культуре? Почему же должно понадобиться сейчас?
– Очень часто про еврейскую культуру и традицию не думают вообще, до тех пор, пока не рождаются дети. Когда ребенок начинает приносить ханукию домой, просить, чтобы мама пела с ним песни, услышанные в саду. И вот она начинает задумываться, о том, как делать Хануку дома, какие книги для детей любят читать в Израиле ... Мое академическое исследование так же показывает, что когда дети рождаются, эти вопросы всплывают.

– Много ли таких случаев?
– Да, очень. Мы убедились, что это не исключение из правил, а «мейнстрим», когда родители интересуются такими вещами.

–Давайте проясним. Допустим, Новый Год. Это кусочек моего жизненного опыта, моей культуры. И его я могу передать своей маленькой дочке, потому что сама в детстве украшала елочку, с волнением ждала подарков, смотрела мультики про Деда Мороза. Но я не зажигала в детстве ханукию, не сидела за пасхальным столом со всей семьей. Я не могу передать моей дочке такую семейную традицию. У меня нет этого опыта, а значит, ей не откуда его получить. И вот с вашей помощью мы с ней вместе этот опыт… создаем, что ли. Выстраиваем в ходе совместных каких-то действий. Правильно понимаю?
– Да. Хочу подчеркнуть: мы не копируем некий «усредненный» израильский сценарий, а берем те элементы, которые нам интересны, как русскоговорящим израильским семьям. Которым мы реально можем найти место в своем доме. На месте еврейской традиции в наших семьях пустое место, и заполнить его со стороны невозможно. Только вырастить изнутри, причем только с помощью хавайот, совместно переживаемого опыта.

– Нужны активные действия?
– Да, конечно. Например, на одном из пасхальных мероприятий мы сами пекли мацу. Я сама в жизни до этого никогда этого не делала. Было интересно проделать сам процесс. Понятно, что не было цели спечь по настоящему кашерную мацу,  просто посмотрела заранее много видеороликов и прочла статьи по теме. Всем было очень интересно, все процессы соблюли. Размешать, раскатать, проколоть, успеть все за 18 минут.  Но главное - была «хавайя», личный опыт..  Сами делали харосет. Сели потом за стол, приготовленный нами самими и провели Седер. Главное здесь возможность пережить такой опыт и понять, что нам нравится или нет, и что из этого взять для себя. Чтобы каждая семья взяла для себя то, что им ближе.

– На каком языке все это ведется? На русском?
– На двух языках, и это наша дополнительная «особенность». Очень многие дети, в том числе и мои, до трех с половиной ходили в русский садик. Не всегда только потому, что хотели дать им русский, а потому что так было удобно, еда, условия, рядом с домом. И создалась такая ситуация, что в 4 года мои дети не могли еще участвовать в «обычном» посещении музея/экскурсии с адрахой на иврите, из-за недостаточного иврита. Вообще, тема двуязычия у нас одна из главных.



– Как происходит работа на двух языках во время, например, праздника? Группа делится русскоязычных и ивритоязычных?
– Нет, конечно! Ведь это члены одной семьи, разделять их – это значит потерять весь смысл. Когда приходит новая группа, мы заранее не знаем, кто запишется, и уже по факту спрашиваем, кто не знает иврит совсем, и кто не знает русский совсем. Мы каждый раз решаем, будет ли мадрих говорить полностью на русском или на иврите, или будет переводить себя сам в каждом предложении.

– Есть какие-то записи, раздаточный материал?
– Конечно! Мы издаем специальные материалы для каждого мероприятия, семинара, по каждой теме. Все на русском языке, чтобы людям было проще. С помощью фонда "Генезис", который нас начал поддерживать в 2013, мы выпустили замечательные праздничные брошюры. Например, про Пурим. Есть часть для родителей с более углубленной информацией, исторические ссылки. Есть пересказ на русском Мегилат Эстер простыми словами, которыми можно рассказать об этом ребенку. Есть рецепты, идеи разных занятий для дома и игр, тексты песен.
Понятно, что на иврите это все есть, и на английском тоже и на русском тоже. Но то, что мы нашли на русском, было написано для евреев, живущих в России, Украине, в основном –для религиозных общин. И без израильского содержания. Например, в наших брошюрах есть обязательно листик с песенками, которые дети поют в садиках на праздники. Потому что дети приходят из садика, начинают петь песенки, и не понимает, почему мама не подпевает. Нам важно передать то, что в Израиле вышло из религиозной сферы и воплотилось в культурный контекст.

– Расскажи немного про «Миш-походы».
– Это еще один наш проект - знакомство со страной.  Родился, когда я начала гулять в Израиле с детьми на природе. Дети  в 3-4 года во время прогулки начинают показывать  на деревья  и спрашивать, как они называются. Мы прекрасно знаем, что такое береза, акация, тополь, – то есть,  то, что выучили в детстве в Украине, в России, но понятия не имеем, как называются  основные  израильские деревья. Ну, может, кроме пальмы и кипариса.  У родителей есть возможность это узнать и выучить с детьми. Поэтому наши первые походы на природу были вокруг этого. Что такое «эц алон»(дуб), и чем отличается дуб здесь  от дуба, который мы родители знаем. Какие у кого плоды, листья, сказки про каланиёт (анемоны), ракафот (цикламены). Такие вещи, которые одинаково не известны и интересны и детям, и родителям.
Во всех мероприятиях – семинарах, праздниках, мы стараемся сделать, так чтобы и родителям было интересно.

Есть еще причина, почему мы считаем, что природа – это важно. Например, девочка приехала сюда в 17лет, и не была уже ни на школьных экскурсиях, ни в армейских походах. А если ты сам не бродил по всяким рекам, холмам, то со своим 2-3 летним ребенком не решишься пойти в незнакомые места.
К тому же, обычные экскурсии и походы для маленьких детей не приспособлены. Мы наши маршруты специально строим под потребности семьи. На подготовке мы сами их проходим с мадрихом, со стоппером буквально, чтобы маршрут был не слишком длинным, чтобы дети смогли нормально его пройти. Т.е. создаем специально для семей с маленькими детьми, чтобы можно было твердо пообещать: это сработает.
Праздники и такие походы – это связующие звенья в жизни семей олим, создающие их собственный, внутрисемейный опыт жизни в Израиле.

– Все проекты амуты имеют личную основу, или вы опираетесь на какую-то статистику? Как решаете, что нужно?
– В работе я основываюсь, на мой опыт с детьми, и опыт проведения и организации проектов, который я накопила за все предыдущие годы и продолжаю накапливать. Все проверяла на себе. Если нам это как русскоговорящим израильским мамам надо, то мы это делаем. Моим детям интересно, значит делаем. Они изначально были главными клиентами.
Кроме того, я аспирант на кафедре современного еврейства Бар-Иланского университета. Пишу работу, где сравниваю молодых людей, приехавших в Израиль в 90х, как полуторное поколение, и тех, которые приехали в те же годы в Америку. Меня приглашают проводить лекции, семинары.

– Расскажи, с какими трудностями приходится сталкиваться?
– В первую очередь, конечно, финансовыми. Начинали мы сами, исключительно на добровольных началах. Когда увидели, что есть интерес и спрос, то начали искать поддержку, потому как понятно, что без нее трудно. Мы сами работали как волонтеры, но чтобы сделать большое качественное мероприятие, нужны дополнительные люди, а им нужно платить. Те же самые брошюры и материалы… Сначала мы готовили тексты к праздникам и печатали на домашнем принтере. Чтобы создавать красивые печатные материалы уже нужны были деньги. И так далее.

– Вас поддерживает фонд "Генезис"?
В основном, да, и немного местные отделения мин. Абсорбции, когда проводим что-то для местных групп.
Наиболее сложная часть после финансовой - набор ведущих. Уникальность проекта в том, что это родительско-детская группа. Нужно работать на двух языках с разными возрастами, нужно готовить и проводить еврейско-израильское содержание, которое должно быть основано на реальности израильских детей, и быть так же интересно родителям, у которых таких воспоминаний нет. Так что в этом году мы начали сами обучать ведущих, которые будут с нами работать. Пытаемся брать тех, у кого есть опыт ведения больших групп, которые умеют работать с детьми, и добавляем необходимое, нашу специфику.

– Ну, а с главным – проведением мероприятий, похоже, трудностей не возникает.
– Да. Потому что мы уже вложили все что надо в подготовку, так что все проходит хорошо.

– Расскажи, что ты знаешь о результатах вашей работы?
– Как в любой образовательной работе, очень трудно оценить результаты. Я знаю, что каждый раз приходит много новых семей, которые слышали от друзей, что было очень хорошо, и они тоже хотят прийти. Таким образом, за 3 года работы мы набрали около 160 семей, которые у нас участвуют. Есть 1100 человек, подписанных на нашу страничку в Фейсбуке. Часто мне пишут люди на мейл что-нибудь вроде «я уже год читаю вашу фейсбук-страничку, но только теперь дата и место подходят, и мы хотим прийти». Таких людей, которые читают, но еще не приходили, я тоже считаю конечно, частью нашей работы, нашим результатом.

Ну а самое главное, это когда люди начинают сами пробовать. Есть у нас отзыв от мамы из Иерусалима, которая писала, что они были у нас на Седер Рош-А-Шана, и увидели, что не такая уж это и сложная вещь. И вот она с нашим материалом решилась, и за 24 часа позвала друзей с детьми и сделала у себя такой праздник. Другая,  мама из Хайфы сказала спасибо за брошюру о Суккот. Когда ее ребенок пришел из садика с вопросами, а она не знала, что сказать. А теперь с помощью нашей брошюры может сесть с ним, почитать и объяснить.

– Три года работы амуты, как они отразились на жизни твоей и твоей семьи?
– Все члены моей семьи говорят, что наша жизнь стала интересной и активной. Как раз то, что я хотела! Этим летом во время Цук Эйтан был четырехдневный лагерь на 20 семей, который был создан и продуман под маленьких детей, с перерывом на сон, бассейн, программы. И мои дети в этом участвовали, конечно – это было для них в первую очередь. В следующем году, думаю, тоже будет лагерь, где мои дети поучаствуют с удовольствием. У нас появилось очень много новых друзей. Многие из тех, кто записывался на Фейсбуке и приходили на проекты, стали со временем и моими личными друзьями. У детей тоже образовался там свой круг друзей. Так что «הורים לצברים» это для меня и работа, и воплощение своих идеалов и ценностей. Все перетекает одно в другое, и мне это очень нравится.
Понятное дело, что есть и своя цена такой всеобъемлющей работе. Моя семья не всегда рада, что все семьи приглашены на 10:30, а мы приезжаем на место праздника уже к 9 -9.30 в Шаббат. Или когда вместо того, чтобы пойти в пятницу в кино, я сижу и вырезаю карточки, потому что завтра мероприятия. Работа дома – дело такое, у нее есть свои плюсы и минусы.



– Какие планы на будущее?
– Продолжать проекты. И держаться за качество. Чтобы праздник прошел хорошо, мы приглашаем 20 семей, если их будет 40-50 в одном месте, уровень мероприятия будет ниже. Мы хотим столько финансов и ведущих, чтобы такие праздники и походы, происходили одновременно на севере, юге, в центре… Чтобы все кому это интересно, могли по минимальной цене за участие позволить себе поучаствовать там, где им удобно. Чтобы больше семей могли принимать участие, получая как можно более высокое качество. Это наш большой идеал, и мы к нему стремимся.
Вот наши контакты:


Vika Shteiman
mobile: +972-52-4475344
e-mail: vika@tzabar-parents.org

הורים לצברים
Tzabar Parents

www.tzabar-parents.org
Visit our Facebooke page

Приходите!


Эстер Карпол, кинезиолог, метод «Единый мозг»

Знакомьтесь – Эстер Карпол, кинезиолог, чья специализация – метод «Единый мозг», на иврите «Моах эхад» . Эстер работает с эмоциональными состояниями, выявляет их причины, снимает нервное напряжение и приводит организм в состояние равновесия на трех уровнях: тело, эмоции, сознание.



– Возьму, пожалуй, сразу быка за рога: чем уникален метод?
[Читать дальше]Уникальность метода-интеракция и согласованность на всех уровнях сознания!
Когда мы говорим с тобой, мы говорим на уровне сознания, правда? То, что ты думаешь, ты говоришь мне; то, что я думаю, я говорю тебе. Очень часто это не очень объективно, мягко говоря. Даже самый прямой и честный ответ включает как то, во что мы верим, так и то, что спрятано на подсознательном уровне от нас самих. Причина такого «прятанья» - страх, боль или страх перед болью. Откуда они взялись? На подсознательном уровне находятся ограничивающие системы убеждений, полученные в раннем детстве в основном  до 7 лет, которые контролируют сознательный уровень. А поскольку они не осознаются, в этом месте есть конфликт между сознанием и подсознанием.

Приведу пример. Человек говорит: «чтобы добиться успеха я должен работать очень тяжело», это его сознательное убеждение. А причина этого лежит в убеждении подсознательном, которое звучит как «я ничего не стою» или «я должен всем доказать» и т.п. Оба эти убеждения создают внутри человека конфликт, приводят его в состояние неуверенности, невозможности принять решение и – крайний пример – саморазрушению.
Так что главное – и «Моах эхад» это умеет – получать ответы в обход сознания. Это техника проверки по мышечному тонусу, на уровне тела, позволяющая задать вопрос подсознанию и получить лежащий там ответ.

– По мышечному тонусу? Это как?

Наш мозг знает все. Именно он дает электрический сигнал мышцам совершить  какое-либо действие. Как думаешь, почему человеку предлагают сесть на стул, прежде чем сообщить неприятную новость? В момент стресса мышцы ослабевают, так что человек может даже упасть. Тоже самое здесь. Если запрос вызывает эмоциональное переживание, я почувствую как мышцы ослабли. А если нет - они сохранят тонус.
Кстати, таким способом можно определить, например, какие продукты питания подходят человеку, а какие нет: организм это точно знает.
Но это еще не все! Я проверяю одновременно мышцы обеих рук. Почему? Правая сторона тела связана с левым полушарием, а левая сторона с правым. Левое полушарие – логика, контроль, действия. Там же находиться «центр выживания», принимающий решение убегать или сражаться. Оно отвечает на вопрос «что я уже знаю».  Правое полушарие – творчество, воображение, выбор. Для него не важно время и пространство, и там хранятся страхи, границы и ограничивающие системы убеждений. Оно отвечает на вопрос «кем я могу стать».
Проверяя обе руки мы включаем оба полушария и получаем доступ к «банку памяти» в обеих сферах одновременно.
Это и есть «Моах эхад» - «Единый мозг».
Поэтому если человек хочет именно «поговорить об этом», ему лучше идти к психологу, сразу предупреждаю! Мне не надо долго расспрашивать человека, что с ним было, и что создает его сегодняшнюю проблему.  Я сама могу по мышцам руки это узнать.

– А дальше?

А дальше я использую все свои знания и опыт одиннадцати курсов, изученных мной, и всех толстых книжек, описывающих различные техники, чтобы снять твое напряжение в настоящем времени. Это первое. Техники могут быть самые разные, их сотни: из китайской медицины, из психологии и НЛП, из самых разных областей.

– А как ты будешь решать, что именно делать?

Я спрошу по твоей мышце: что самое лучшее для тебя? И твоя мышца скажет мне: «Иди в пятую книгу, открой 27-ую страницу, 3-я строчка покажет тебе, что ты должна мне сделать».
Потом, когда я сниму актуальное напряжение, я буду проверять твою прошлую жизнь. Я спрашиваю опять же у твоей мышцы, естественно: что было в твоей жизни такого, что могло повлиять на то, что с тобой происходит сейчас? Давность не имеет значения: начиная от зачатия и до сегодняшнего дня.
Опять же, видишь, я спрашиваю не у тебя, я спрашиваю у твоего подсознания.

– Расскажи подробнее, как ты это делаешь.

Мы апеллируем к тому, что все чувства записаны на клеточном уровне. Никуда ничего не уходит. Все существует в нашем теле с момента зачатия, даже если мы этого не помним. Поэтому используя вот этот инструмент – мышечный тонус, обращаясь к подсознанию через тело, и я обязательно получу ответ.
Так вот, когда мы освобождаемся от негатива прошлого на эмоциональном и физическом уровнях, настоящее улучшается быстрее. И «Моах эхад» позволяет это сделать очень быстро!

Например, я спрашиваю: В каком возрасте произошло то, что имеет влияние сегодня? Дам пример. Например, ты боишься плавать. Ты боишься воды. Едешь с мужем на море, он делает глубокий заплыв, а ты сидишь на берегу. Ты пришла ко мне. И я по твоей мышце вижу возраст: четыре года. Я могу даже у тебя прямо спросить: «Скажи, Малка, что было в четыре года?» Ты можешь не вспомнить. Тогда я продолжаю спрашивать по мышце:  «Это был какой-то мужчина? Какая-то женщина?» И прихожу к тому, что я вижу, что это – мужчина. Тогда я спрашиваю: «Дедушка? Папа? Дядя?»
Таким образом, мы доходим до того, что, допустим, дядюшка тебя бросил в бассейн в четырёхлетнем возрасте, потому что думал, что так ты научишься плавать быстрее всего. И как результат - у тебя теперь есть страх воды.
Мы снимаем твой страх заплыва с дядюшкой, и вдруг ты назавтра можешь плыть со своим мужем!
То есть я там, в твоём четырёхлетнем возрасте использовала свой инструмент для того, чтобы снять этот стресс.

Возвращаемся в настоящее время. Еще не все! Мало снять то негативное, что было на уровне тела и подсознания, нужно еще, чтобы оно не вернулось. Напряжения и стресс нельзя исключить из нашей жизни - они ее неотъемлимая часть. Необходимо обучить человека самостоятельно с ними справляться. Поэтому в конце каждого сеанса я обязательно даю домашнее задание. Опять же, спрашиваю по мышце. Например, это могут быть какие-то легкие движения, нажать какие-то точки, где-то помассировать, повторять какие-то фразы.

– Сколько времени нужно для получения результата?

Зависит от готовности человека. Если она высокая – через две-три встречи должно наступить облегчение. Я уже на первой встрече говорю об 100% ответственности человека за свои действия.
В конце работы, обычно на это уходит сеанса четыре-пять, я обучаю человека, что ему делать дальше. Я научу, как успокаивать себя и приводить в равновесие через тело. А потом,  после того, как человек разрешил себе почувствовать, после того, как у него есть инструменты, как самому себя успокоить, я предлагаю, чтобы он взял контроль и ответственность – и изменил свою мысль, уже после того, как он знает, какая это мысль. Которая, в свою очередь, изменит эмоциональный настрой, после чего изменяться, соответственно, его действия.
Вот и жизнь изменилась к лучшему!
В качестве домашнего задания я прошу человека, независимо от темы, чтобы он спрашивал себя несколько раз в день – что он думает? Что он чувствует? И чтобы он понял, что за мысль привела его к этому чувству, и где все это в теле сидит. Ну, а инструменты работы с телом он уже от меня получил.

– Кто к тебе чаще всего обращается?

В основном я работаю с женщинами, а в силу того, что я религиозна, то чаще всего, это религиозные женщины. А поскольку я живу в Бейтаре, чаще всего это  жители Бейтара, но ко мне приезжают от Иерусалима и до Хадеры как религиозные так и нерелигиозные. Возраст от 20 лет и до 70. С чем приходят? Очень много страхов во всех проявлениях, панические атаки, фобии.
Например, у меня была женщина, беременная седьмым ребёнком, то есть,  уже прошла шесть родов, и прошла их совершенно нормально. У которой возник страх перед родами. Невероятный.
До такой степени, что вместо того, чтобы ехать в больницу, она пришла ко мне. Со схватками. Я ей говорю: «давай вызову амбуланс!», а она говорит: «Нет. Моах эхад». Короче, я сделала «Моах эхад», вызвала ее мужа и амбуланс. Дело закончилось тем, что мы были с ней на телефоне все время, с двух часов дня до девяти вечера.  Она мне звонила, и мы работали.
- Я выхожу из машины – я боюсь. Мы с ней говорим.
- Я вижу дверь больницы – я боюсь. Мы говорим.
- Я поднимаюсь на лифте, скоро я увижу этаж – я боюсь.
- Вай, я увижу сейчас белые халаты – я боюсь.
Она мне позвонила раньше, чем своей маме – сказать, что у неё родилась девочка, и что это были невероятно чудесные роды, она в первый раз так чувствовала всё и переживала, вместо того, чтобы бояться и пропустить этот момент.

Всякие травмы из прошлого или настоящего: тяжёлая болезнь или потеря близкого. Сложные отношения в семье,  которые человек переживает как травму. Неуверенность в себе – это очень частая тема. Проявляется буквально везде. Это мысли вроде: «я недостойна», «во мне есть проблема», «а с чего это именно меня выберут и захотят?». И не имеет значения, в семейной жизни или в работе.
Еще часто обращаются с темой «Я хочу узнать, кто я». Вот так прямо и задают вопрос – кто я, в чём моё предназначение?  Хотя, я думаю, каждый человек знает, в конце концов, кто он.

Бывают иногда и физические проблемы, как мигрень, скажем, мигрени, боли в спине или тошнота при беременности. Все эти расстройства имеют эмоциональную природу, поэтому «Моах эхад» с ними успешно работает.
В скобках замечу, что питание  - подходящую именно для этого человека диету, проверяю и мужчинам тоже.

– А как насчет детей?

С детьми я работаю, начиная с 7-8 лет, не раньше. В этом возрасте они могут уже держать руку так, чтобы можно было проверять мышечный тонус.

–  С чем их приводят?

– Обычно это ночное недержание мочи или проблемы с обучением, скажем, дислексия, или проблемы с вниманием, памятью и концентрацией, или гиперактивность. А однажды у меня был ребёнок с такой гиперчувствительностью, что он не мог вынести запах никакой еды. Совершенно. Даже если ты варишь картошку, и он зайдет, то убежит до Парижа.  Есть такое особое нарушение, когда одно или два из пяти чувств слишком обострено.
Он был у меня два раза. Они приезжали ко мне в Бейтар из Петах-Тиквы. Два раза – всё прошло! Мальчик, который девять лет страдал, постоянно бывал на всяких процедурах в больницах, выздоровел за два сеанса. Его мама – архитектор, сказала ему: «Ты знаешь, Эстер – она моя коллега, она – инженер-строитель когда-то была». А он говорит (на иврите это звучит лучше): «Меhандесет-биньян? Вэ ма ахшав, hи – меhандесет-хаим?» То есть: «Была инженером-строителем? А теперь она кто, инженер жизни?»
Очень горжусь этим определением.

– Ты говорила, что «Моах эхад» использует множество коррекционных техник из самых разных областей. А есть какие-нибудь уникальные?

Есть. Расскажу о двух. Одна – поведенческий барометр (***).
А вторая – она очень простая, ты прямо сейчас ее можешь использовать. Положи одну руку на затылок. Там находятся центры мозга, отвечающие за боль, страх и страх боли. Это источник нервного напряжения, который мешает тебе свободно и осознанно делать выбор. Теперь положи вторую руку на лоб. Лобные доли – это место, в которых делается тот самый выбор. Одновременно активируя обе зоны ты гармонизируешь состояние своего сознания: нейтрализуешь сильные эмоции и активируешь мышление, выбор. Появляются варианты, способность найти выход из положения.

– Эстер, как выглядит результат твоей работы?

Когда человек понимает, что выбор в его руках, что у кого проблема – у того и решение. Когда он берет ответственность за свою жизнь и я вижу, что он продвигается вперед и не останавливается с исчезновением симптома, а начинает менять свое поведение. Корабль его жизни переходит с автопилота на ручное управление. И тогда то, над чем мы работаем, начинает проявляться в жизни. Человек начинает видеть, что есть жизнь за пределами страданий.
Моя жизнь была сложной, в ней было много испытаний, которые я прошла. И теперь приношу людям веру в то, что это возможно. Во время работы я беру на себя сто процентную ответственность за свой профессионализм, за то, что во время сеанса я с человеком и для человека. Я уменьшаю насколько возможно свое личное влияние, не даю советов и не допущу возникновения зависимости.
Я люблю людей, люблю общаться, нести знания и открывать возможности. Я искренне верю в том, что все ответы есть только у тебя, и помогу тебе тоже в это поверить.

Галина Хейнзельманн (Galina Heinzelmann), психотерапевт

Знакомьтесь: Галина Хейнзельманн (Galina Heinzelmann), детский и семейный психолог, психотерапевт для детей и взрослых, консультант по вопросам семьи, отношений и личностного роста. Уже 25 лет живет и работает в Берлине, постепенно расширяя свои возможности с помощью скайпа.



– Галина, как получилось, что Ваш профиль настолько широк: от детского консультирования до психотерапии для взрослых?
[Spoiler (click to open)]
С детства я любила слушать и наблюдать людей. Интересно было буквально все, про что бы ни шла речь, главное – чтобы человек говорил. Так что при поступлении вопроса даже не возникло: это мог быть (и стал) только Ленинградский университет, факультет психологии. После окончания университета я благополучно проработала психологом до самого отъезда в Германию летом 1990г.

­– То есть, Вы начинали как психолог для взрослых?

Да. Я преподавала психологию в Вузе, работала клиническим психологом в психиатрической больнице По приезде в Германию я прошла специализацию по детской и семейной психологии и психотерапии. И в этом качестве начала практику консультирования по вопросам воспитания, детских проблем и семейной терапии в Берлине.
Моим первым местом работы стала мобильная служба психологической поддержки детским садам. К нам обращались воспитатели и родители, если у ребенка возникали какие-то проблемы. Мы приходили на место, проводили тестирование и терапевтическую работу, выдавали рекомендацию.
Затем мобильные службы были реорганизованы, вместо них в каждом районе были созданы муниципальные центры по вопросам семьи и воспитания. В одном из таких центров я и работаю консультантом по сей день.

Параллельно с этим веду частную практику как психотерапевт. Ко мне обращаются самые разные люди по самым разным вопросам. И родители с детьми, и подростки, и взрослые, (со всем широким спектром вопросов, который только можно вообразить.)





– Спектр весьма широк. Есть ли какие-то проблемы, с которыми Вы не работаете?

Как терапевт не стану работать с теми, чьи проблемы и состояния не входят в сферу моей компетенции: психиатрические расстройства, требующие медицинского вмешательства, зависимости, например алкоголизм и наркомания.
Однако любой человек может обратиться ко мне за консультацией, получить психологическую поддержку. Вместе с моим клиентом мы проведём  анализ сложившейся ситуации, в случае необходимости я предоставлю информацию об учреждениях и социальных программах, где может быть оказана помощь по конкретному вопросу.

– Детская психотерапия, в чем она заключается?

Я считаю, что до определенного возраста дети в особой психотерапевтической  коррекции не нуждаются, потому как т.н психологические проблемы детей зачастую суть проблемы родителей, ближайшего окружения, школы-систем, в которых ребёнок должен жить и выживать. Поэтому когда ко мне приводят ребенка с просьбой «починить», я стараюсь довести до взрослых необходимость в первую очередь  работы над собой, семейными отношениями, обучаю взрослых видеть за действиями ребёнка призыв о помощи, неудовлетворённую потребность быть понятым и принятым.
А детям я дарю опыт позитивного общения с Миром взрослых. Миром, где присутствует безусловное принятие его таким, какой он есть, понимание и внимание к его потребностям. Миром, где реакции взрослого прогнозируемы, где ребёнок может побыть самим собой без страха быть отвергнутым или непонятым. Этот позитивный опыт даёт ребёнку возможность узнать и поверить в то, что бывает по-другому, чем на данный момент в его жизни.



- Что спрашивают чаще всего, с какими проблемами обращаются?

С самыми разными. Приходят женщины, неудовлетворенные собой, своей жизнью, проблемами связанными с переездом в другую страну, не сложившимися семейными отношениями, различными вопросами связанными с воспитанием детей. Приходят больные люди, впавшие в депрессию. Обращаются в случае развода и связанных с этим решением сложностях. Советов я не даю, но помогаю людям в поиске решений, выхода из сложившейся ситуации. Обучаю всевозможным психотехникаам, применение которых может помочь в достижении психологического баланса.
Я придерживаюсь мнения о том, что наши эмоции как негативные, так и позитивные являются продуктом нашей мыслительной деятельности. А это значит, что в конечном итоге мы являемся Творцами нашего эмоционального состояния, мы сами, а не обстоятельства определяют хорошо нам или плохо. Выбор всегда за нами.

– Интересно, это убеждение диктуется профессиональным подходом, или оно Ваше личное?

Вы знаете у меня, как и многих психологов, сложился в процессе работы и повышения квалификации собственный подход, сложенный из элементов различных психотерапевтических школ и направлений. Однако основным базовым для меня остаётся биографический-системный-поведенческий подход.
В качестве поведенческого терапевта я исхожу из того, что все мы когда-то чему-то научились например научились определенным образом реагировать на те или иные ситуации, которые подкидывала нам жизнь. А если мы чему-то научился, но это перестало «работать», значит мы можем « разучиться». Т.е заменить способы реагирования на те или иные внешние стимулы, которые оказались на сегодняшний день неактуальными и мешающими жить, на «работающие», помогающие обрести психологическое равновесие и позитивный настрой.

И конечно я твердо верю, что человек должен в первую и последнюю очередь работать с собой, брать на себя ответственность за свою жизнь, свои решения, действия и поступки.  Поэтому я как терапевт не могу никого «вылечить», а предлагаю профессиональное сопровождение и поддержку на этом нелегком, но интересном пути к себе.



– Можете рассказать какой-нибудь случай из практики, который особенно запомнился?

Да, был такой случай. Ко мне обратился человек, которому был поставлен диагноз рак желудка в продвинутой стадии. Врачи обещали ему недолго, а у него жена, новорожденный ребенок…  Мужчина решил, что выбрасывать деньги на дорогое, мучительное и все равно  ненадежное лечение он не будет: деньги больше пригодятся жене и ребенку, когда он уйдет. А ко мне обратился, чтобы «поговорить с зеркалом» и убедиться в правильности своего решения.
После нескольких наших бесед он все-таки выбрал жить. Прошел через все тяжкие:  операции, химиотерапию и все с этим связанное, приобретение дорогостоящих лекарств. Дело было лет 15 назад, человек жив до сих пор, родил еще троих детей и ведет потрясающе активный образ жизни.

– Потрясающе! То есть, Вы фактически спасли человеку жизнь.

Не я! Ни в коем случае не я, это был он, это было его решение. А мне выпало счастье быть свидетелем этого осознанного выбора.
Вот что особенно нравится мне в моей работе. Человек пришел и сделал выбор. Сам. А я имела возможность сопровождать его в этом.
Самое важное и самое чудесное – это слушать, слышать, видеть, чувствовать. Наблюдать, испытывать счастье, наблюдая, какая фантастически сложная внутренняя работа происходит внутри человека, и ты удостоился наблюдать это чудо.
А самое большое чудо – это ощущение мостика, момент контакта, доверия между мной и клиентом. Это всегда подарок!

Это большое мужество – довериться, позволить чужому человеку заглянуть в глубины себя. Я испытываю большое уважение к своим клиентам, которые на зависимо от возраста и ситуации, в которые завела их жизнь, это мужество проявляют.
Результаты, подобные рассказанному мной, подтверждают, что сделанный мной когда-то выбор в пользу психотерапии – правильный.



– Какой  результат своей работы вы считаете самым важным?

Я исхожу из того, что не мне решать, какой результат человеку важен. Это решает он, и его выбор я принимаю с полным уважением. Моя задача – сопровождать человека к пониманию того, что с ним происходит, дать возможность заглянуть в себя и увидеть варианты, возможности, пути движения.
Это как на велосипеде. Если просто на нем сидеть, то очень быстро упадешь. Главное – поехать и обнаружить, что ты можешь двигаться, управлять процессом и поменять направление в случае необходимости.
Вот так примерно я и вижу свою задачу, суть моей профессии: перевести человека из застывшего состояния в состояние движения и выбора. А профессия – это и мой внутренний выбор, моя жизнь. Так что для меня это очень важно.

– Известно, что если человек чувствует себя плохо, он не всегда идет к психологу. Шоппинг, путешествия, массаж, любовник,  гадалка... Есть множество способов поднять себе настроение и выйти из кризиса. Как Вы думаете, в каком случае только психолог может помочь?

Существует множество способов получить временное облегчение, и в некоторых случаях этого на самом деле бывает достаточно.
Но часто обнаруживается, что раз за разом ты прибегаешь к испытанному средству, а оно даёт лишь временное облегчение, выбранные тобой способы, на самом деле ничего не решая, лишь делают тебя зависимым от них. Тогда ты вдруг начинаешь понимать, что что-то не так, и вступаешь на путь поиска выхода из сложившейся ситуации.
Вот именно на этом этапе неплохо было бы иметь грамотного проводника, которым может стать профессионал психолог.

– Есть ли планы? Собираетесь ли Вы и дальше расширять спектр своих профессиональных возможностей?

Слышать, слушать и чувствовать – эти принципы отлично реализуются в скайп-консультировании, направлении, которое я для себя планирую развивать более активно.
Кроме того, в моих планах участие в нескольких проектах, проходящих за пределами Германии.

– Галина, как думаете, чего в мире становится больше от вашей работы?

В мире сегодня очень мало доверительного общения. Знаете, только сейчас вспомнила название дипломной работы, которую писала тридцать лет назад. Она называлась «Влияние доверительного общения на самооценку функционального состояния»: т.е., как меняется субъективная оценка эмоционального состояния человека после чуда доверительного общения, после мужественного решения открыться и довериться другому.
И вывод однозначен: боишься открыться, довериться мужу, ребёнку, психологу, священнику, себе самому в конце концов будешь болеть!
Я считаю что доверительное общение необходимо Человеческим существам как воздух.  Без него эмоциональный голод, холод и пустота. Я верю в то, что делаю мир добрее, сопровождая людей, обратившихся ко мне, решивших открыться и довериться мне, и вижу в этом свое предназначение.


Галина Хейнзельманн, контакты
galina.heinzelmann@icloud.com 


Лилия Шапиро, дула. Благословенная жизнь.

–  Лиля, что такое роды в жизни женщины и ее семьи?

Для женщины дать жизнь  — это выполнить свою миссию на земле. Роды являются одним из периодов перехода, наравне с замужеством и смертью. Чтобы стать женой, женщина умирает как девушка и возрождается как жена. Так же роды. В период родов случается переход. «Не мама» становится мамой, «не папа» — превращается в папу. Происходит чудо. Вот их было только двое – и вдруг есть еще одна живая душа, за которую оба в ответе.

В каком-то смысле женщина рождается заново во время родов. Она в этот момент полностью обнажена, она идет вглубь себя, узнает себя. Все маски слетают, все иллюзии, все наносное. Суть выходит наружу.

pregnancy_mail5

[Читать дальше]

***********


– Как ты пришла к этому занятию: помощь при родах?
–  Просто однажды села и хорошенько задумалась о том, чем я хотела бы заниматься на самом деле. Долго-долго, до самой старости. И поняла, что это грудные детки и их мамы. Все равно занималась этим так или иначе всю жизнь, помогая родственникам и подругам. Пошла искать, где учат чему-то подобному, и поняла, что женщину необходимо знать до родов, потому что от этого будет зависеть и кормление, и иммунитет, и общее состояние ребенка. Так попала в самую большую школу для дул в Израиле, колледж «Лаледет», который обучает профессиям, связанным с родами и материнством.

– Как все происходит?
Как правило, мы знакомимся где – то во втором триместре ее беременности. Встречаемся, чтобы понять – подходим ли мы друг другу. После этого мы решаем – какие конкретно услуги я могу предоставить и в чем пара заинтересована: курсы подготовки к родам, сопровождение и поддержка в родах, помощь после родов, консультации по грудному вскармливанию. Если мы договариваемся и подписываем договор, то я, начиная с определенного срока нахожусь в «боевой готовности» 24 часа в сутки, в доступе днем и ночью.

– На каком сроке лучше всего обращаться?
Хоть с самого начала беременности! Есть такие, кто сообщают радостную новость о своей беременности сначала мне, прося освободить для них определенную дату в будущем, а потом уже сообщают мужу.
Лучше всего, конечно обращаться где – то в середине срока, начиная с 20 недели и желательно не перед самыми родами, чтобы мы успели подготовиться. Хотя, если придет женщина и на более позднем сроке – конечно, я постараюсь сделать для нее все, что в моих силах. Чем позже, тем сложнее, время – то ограничено, беременность заканчивается, а роды – это важный и ответственный момент в жизни. Поэтому я предпочитаю узнать женщину до родов, чтобы получше познакомиться, какая она, чего хочет, чего боится, на что надеется и чего ожидает. Главное в родах – это подготовка к родам.
Когда ко мне обращаются беременные женщины, я почти всегда спрашиваю: «Зачем вам дула?», если только они сами в разговоре еще до моего вопроса не скажут об этом.
Самый распространенный ответ: «Для спокойствия и уверенности».
Так что мне важно понять, что ее успокаивает, что дает ей силы. Например, одна роженица сказала четко: говори мне все время, что все будет хорошо и что я молодец. Слова, впрочем, важные для всех. Другая хотела знать, сколько еще осталось…



– А разве можно это узнать?
Относительно.
У женщины в родах всегда есть особый момент, с особыми ощущениями. Когда женщина осознает, что ребенка невозможно обратно в себе растворить, и для него остается только один путь – родиться. Именно в этот момент поддержка бывает критически важна, ведь осталось несколько последних усилий.

– С чем связано такое переживание?
В родах у женщины – особое состояние, оно - результат и биохимических процессов, и психологических изменений. Понимаете, женщина может забыть многое, многие детали. Имя первого возлюбленного, подробности первого свидания, что угодно. Но она всегда, всегда будет помнить, как рожала своих детей. И момент этот переходный тоже будет помнить. Я стараюсь при подготовке говорить об этом.

– Тебе не мешает присутствие мужей и родственников на родах?
Мне не мешает. Лишь бы не мешало рожающей женщине! Я подсказываю мужу или партнеру, чем он может помочь и быть полезен на родах. Муж как правило следит за временем, за кондиционером и за другой техникой, приносит воду, мы опираемся на его физическую силу, когда нужно. Он знает что делать, как поддержать, чувствует себя полезным, контролирующим ситуацию. «Теперь я спокоен. Если бы я был один, я был бы в панике» - сказал мне однажды муж роженицы, после курса подготовки к родам.
Мужчины боятся неизвестности, моря крови, того, что от них в этот момент ничего не зависит. Когда объясняешь им что к чему, смысл происходящего, а главное когда они это видят – они вдруг обнаруживают, что случилось чудо. Чудо, при котором он присутствовал и не был там лишним.
После естественных родов (женщине категорически рекомендовали кесарево), муж сказал дуле: «это лучшие деньги, которые я когда-либо потратил в жизни».
Что касается семьи, дело ведь не во мне, а в том, как присутствие значимых людей влияет на роженицу.  Например, женщина говорит: я не могу сказать маме «не приезжай». Но если на родах рядом будет мама, она может начать психовать, советовать, жалеть… Роженица должна свою работу делать, а не маму успокаивать. Или она будет стараться не плакать, чтобы маму не огорчать, и этим затруднит себе процесс родов. Вплоть до прекращения схваток, и такое бывало. Если женщина будет носить во время родов маску, строить что-то из себя, это не помогает в процессе родов.



– Лиля, значит ли это, что женщине лучше быть одной на родах?
Однозначно нет. С женщиной обязательно должен кто-то быть, потому что она должна иметь возможность сконцентрироваться, погрузиться в себя. Иметь возможность не реагировать на окружающий мир, чтобы благополучно и спокойно закончить роды. Она должна быть уверена, что рядом есть кто-то надежный, кому она доверяет. Кто окажет ей помощь и поддержку в нужный момент.

­–  Как бы ты описала роль, важность родов в жизни женщины и ее семьи?
Для женщины дать жизнь  - это выполнить свою миссию на земле. Роды являются одним из периодов перехода, наравне с замужеством и смертью. Чтобы стать женой, женщина умирает как девушка и возрождается как жена. Так же роды. В период родов случается переход. «Не мама» становится мамой, «не папа» - превращается в папу. Происходит чудо. Вот их было только двое – и вдруг есть еще одна живая душа, за которую оба в ответе.
В каком-то смысле женщина рождается заново во время родов. Она в этот момент полностью обнажена, она идет вглубь себя, узнает себя. Все маски слетают, все иллюзии, все наносное. Суть выходит наружу.
Что-то новое возникает, мелочи растворяются перед лицом этих больших, настоящих жизненных ценностей. Например, семья. Отношения переходят на другой уровень. Вижу, как отец сидит, держит новорожденную дочку на руках и не дышит, и не отдает никому. Он два дня назад не представлял,  как это он будет папой. А сейчас  не может представить,  как он раньше жил без этого чудесного пищащего маленького комочка!
Есть еще наблюдение: как женщина живет, так она и рожает. Во что она верит, как выстраивает отношения, каков у нее ритм жизни, характер… Все это отражается в ее родах. И в это отражение я должна прийти, сделать свое дело и уйти.

– Ты выступаешь за естественные роды?
Представление женщины о естественных родах может не совпадать с моим, ее подруг и тех, кто пишет на форумах.
В родах самое главное принять правильное решение в правильный момент. Для кого-то это взять эпидураль, для кого-то пойти в душ и провести там два часа. Для кого – то – двигаться, а для другой – замереть на схватке.. Кому – то помогает массаж, а кому – то TENS, это такой прибор для облегчения схваток, который так же есть у меня в арсенале.  Всегда есть опции, и часто одна из них – это просто терпеливо ждать. Или ждать активно, что-то делая параллельно.
Потому что женский организм умеет рожать. Часто женщина неверием в себя и в свое тело портит дело лишними вмешательствами. Мы не доверяем организму, не верим, что наше тело может справиться само. И возникает зажим: сначала ментальный, потом эмоциональный, потом физический.

– То есть, невозможно построить программу родов и придерживаться ее?
Программу или план родов построить и определить необходимо, необходимо понять – как именно женщина представляет себе свои роды, чего она хочет, а от чего категорически отказывается. Так же нужно помнить, что все беременности и роды – РАЗНЫЕ, даже у одной и той же женщины, и протекать они могут по – иному, чем предыдущие. Ведь и детки рождаются разные, каждый со своим характером и особенностями. Поэтому «план родов» лучше иметь, но и к корректировкам по мере протекания процесса надо быть готовыми.
Всем объясняю во время знакомства: в родах правильным решением является только то, которое ты принимаешь в данную минуту и при данных обстоятельствах. Потому что через полчаса обстоятельства могут измениться, и будет принято другое решение. Тоже правильное, но другое.
Был, например, случай, когда ребенок не дышал четыре минуты. Родители стояли грудью, чтобы ребенку не перерезали пуповину. Ребенок задышал (после контакта «кожа-к-коже» с мамой, согрелся, успокоился – и задышал).
Или вот еще. Женщина очень хотела естественные роды, но сутки не спала со схватками, и она согласилась на эпидуральную анестезию, хотя ранее о ней и слышать не хотела. Потому что у нее просто не оставалось уже сил для самих родов. Она поспала два часа, после чего еще через час спокойно родила. И потом была довольна. Разочарования от того, что она как бы «не выдержала», не было. Она поняла, насколько необходим был ей этот короткий отдых.

– Многие пары считает роды особо интимным процессом, и думают, что присутствие дулы помешает.
А как же врачи, (акушерки)? Это люди, которые видят вас впервые и вести себя с вами будут, доброжелательно, но следуя исключительно больничным правилам. Дула не только массирует роженице поясницу, дышит вместе с ней, и держит ее за руку, она также подбадривает и объясняет будущей маме, что с ней сейчас происходит. У нее есть набор инструментов, способов, техник. Это  ароматерапия, водные процедуры, гомеопатия, шиацу, техники движения, массаж…
Там, где акушерка будет следовать протоколу больницы, дула может воспользоваться одним из инструментов из своего арсенала. Таким образом, можно в ряде случаев избежать ненужного медицинского вмешательства.
Как я уже говорила, наше тело умеет рожать, просто нужно ему доверять и поддерживать. Наш организм – мудрый, он любит, когда ему помогают, и если за ним правильно ухаживать – все защитные механизмы работают хорошо.
С другой стороны, важно отметить, что ценность дулы в поддержке, положительном настрое,  постоянном внимании к роженице.
Женщина, которая не потрудилась подробно изучить все, что с ней будет происходить во время родов, рискует быть накрытой волнением и страхом боли и неизвестности в самый неподходящий момент — например, когда надо отдыхать между схватками или трудиться во время потуг. Сила ощущений во время родов порой бывает такой неожиданной, что неподготовленная женщина может вести себя просто неразумно.
Дула – единственный человек из помогающего персонала, которая знает именно вас, вашу личность и ситуацию. Вы познакомились с ней до родов, неоднократно встречались, успели узнать ее и убедиться, что можете ей доверять.



– Лиля, кто обычно к тебе обращается? 
Самые разные женщины. Одиноким мамам я предлагаю сопровождение как волонтер. С ними больше работы, больше нюансов. Дети по-разному приходят на свет. По-разному складываются ситуации, в которых их зачинают. Но я уверена, что если женщина носит ребенка и решила стать мамой – она уже благословенна. Поэтому работаю только с тем, какая она сейчас, не лезу ни в прошлое, ни в душу.
Быть дулой - работа сложная, не только ахи-охи и слезы нежности. Это и «тихие роды», на иврите «лейда шкета». Такие, на которых не слышно крика новорожденного. Когда плод умирает на позднем сроке, нередко вызывают роды. Есть дулы, которые сопровождают такие роды, и часто это делают добровольно. Чтобы просто быть рядом с женщиной в это время. Потом будут врачи и психологи, а мы, дулы – здесь и сейчас.
Еще мы помогаем женщинам – иностранным рабочим, которые не знают иврита. Женщинам-заключенным… У жизни есть множество граней, даже если мы не думаем об этом.

– Бывает, что отказываешься с кем-то работать?
Бывает, редко, но бывает… Когда нет личного контакта – с моей стороны или со стороны беременной женщины. Тогда, порекомендую на выбор еще несколько знакомых дул.

–  На какие свои личные качества ты опираешься во время работы?
Терпение. В родах часто надо просто ждать. Способность разбираться в мелких деталях. Гибкость, умение подстроиться под любую ситуацию. Хорошая интуиция, способность быть на одной волне с человеком и иногда просто почувствовать, что ему именно сейчас нужно.  Ведь в некоторые моменты главное — оставить маму в покое.

– Собираешься ли ты расширить свое поле деятельности?
Да. Сейчас я изучаю грудное кормление, добавлю в свою практику консультации по грудному вскармливанию. (Помогу наладить грудное вскармливание непосредственно после родов, и после. )По мере взросления у ребенка изменяются потребности, в зависимости от этого изменяется лактация. Женщина об этом может не знать, чего-то не заметить или растеряться. Теперь у нее будет на эти случаи один телефон – человека, который знал всю историю ее беременности, помогал при родах, а значит, сможет понять, что происходит сейчас с ней и младенцем.

– Лиля, чем тебя радует быть дулой?
Я чувствую удовлетворение, когда роженица говорит: «у меня остались замечательные воспоминания! Я хочу родить еще раз!» И не важно, что происходило там, главное, что переживания, с этим связанные, были положительными.
Что мы сделаем для себя – такого ребеночка мы и получим. Что может дать женщина ребенку? Здоровье, путь прихода в этот мир, встречу с ним. В первые два часа запускаются системы первичной адаптации, которые определяют доверие ребенка к миру, стрессоустойчивость, иммунитет. Поэтому важно, выбирала ли она кесарево или за нее выбрали, сказала ли она новорожденному «здравствуй, мы тебя ждали».
Я горжусь, когда мама осознает с моей помощью, что она мама и выполняет свою миссию. Особенно когда роды первые, и женщина еще толком не понимает, на что идет. А ведь это наш длительный совместный труд, ведущий от зачатия к родам. Роды – это завершение, финальный аккорд и, одновременно – новое начало.
Когда происходит чудо первого вдоха, чудо, которое сотворил Бог, любовь, женщина с мужчиной… Участвовать в этом, быть рядом, помогать этому свершиться, я воспринимаю  как величайшую миссию. И как бы ни повернулись обстоятельства жизни, буду этим заниматься.

Инна Певзнер, FreshBiz, бизнес-игра на развитие современного предпринимательского мышления

innaЗнакомьтесь – Инна Певзнер, автор перевода на русский язык бизнес-игры FreshBiz , директор и основатель FreshBiz Business Center в России. Инна занимается распространением игры на территории Стран Союза и обучением ведущих.

Когда я впервые увидела Инну Певзнер, то очень удивилась. Слыша слова «бизнес-игра» я ожидала увидеть перед собой типичную бизнес-леди. А увидела очаровательную молодую женщину с глазами, в которых плескалось счастье от того, что вот-вот сейчас ей снова можно будет окунуться с головой в любимое занятие!  Передо мной сидел человек, излучавший мощную волну радости не от чего-то уже достигнутого, а от движения к нему. Это было состояние, полное мук творчества и жажды жизни. Невозможно было с этого момента отнестись к игре равнодушно или строго аналитически.  И как-то язык не поворачивался уже называть  FreshBiz   бизнес-игрой – очень уж необычным был произведенный ею эффект.  


Collapse )