Штейман Вика, основатель амуты «הורים לצברים»-Tzabar Parents

Знакомьтесь – Вика Штейман, основатель и лидер амуты «הורים לצברים»-Tzabar Parents. Эта организация посвящает свою работу семьям, где растут маленькие «сабрята» - дети, которые родились в Израиле, и чьи родители приехали в страну в подростковом и юношеском возрасте. Ее цель – создать в таких семьях общность культурных и семейных традиций, способствовать сплоченности и более активной позиции в знакомстве с израильской и еврейской культурой.



– Вика, с чего все началось? Наверняка это было что-то личное, иначе большой волонтерский проект просто невозможно поднять.

[Читать дальше]
– Я много лет занималась неформальным образованием. Много – это с 2000 года, то есть на данный момент уже 14 лет. Работала и в Сохнуте, и в других проектах. Ездила на различные семинары в Украину, в Россию, в Израиль. Я все это очень любила. Потом родился ребенок, потом еще один с разницей в полтора года, и я выпала из привычной мне активной семинарской жизни. И не потому, что не хотела, просто мне как участнице с маленьким ребенком было просто некуда поехать. Ни один семинар не был рассчитан на участие молодой семьи с детьми. Я никогда раньше об этом не задумывалась. Мне в 8 часов нужно идти укладывать ребенка, а там только начинается главное мероприятие. Трудно в таком участвовать. Не хочется, чтобы ребенок был под ногами у взрослых, и хочется, чтобы и ребенку и родителям было интересно.

– Твои дети родились в Израиле. Сколько времени ты уже здесь?
– Я тут с двенадцати лет, приехала в 91-м. Уже 24 года. В Израиле я יработала в различных израильских организациях, в таких как, молодежные городские центры) (מרכזי צעירים. Но все-таки мне это не давало ответа, что можно было бы делать вместе с детьми – это раз. А во-вторых, появление детей вызвало у меня многие вопросы, касающиеся моего самоопределения как русскоговорящей израильтянки, которых раньше у меня не было.
Например, когда старшая дочка пошла в садик, мы задумались о праздниках. Раньше дома мы ничего особо не делали. Большие праздники отмечали – да, в основном у родителей, но не Кабалот Шаббат. А в садике они воспроизводят некую семейную ситуацию. Накрывают скатертью стол, есть аба шабат, има шабат – это очень внутрисемейные вещи. Ребенок приходит к себе домой, где ничего подобного нет, а мы должны решить, что сказать. "Ты это в садике уже сделала – хватит, зачем два раза»? Или «в нашей семье другие праздники»? А почему тогда не этот?
Дальше – больше, если раньше мы просто зажигали ханукию, то трехлетнему ребенку хочется уже что-то про это рассказать. А как? Нам и самим это не очень понятно, потому что мы сами узнали про это только в 15 лет, приехав в Израиль.
Вопроса не было. Вопрос появился. И вот мы с подругами, такими же образователями-мадрихим стали задаваться вопросами: как мы со своими 3-4х летними детьми устраиваем праздники, как рассказываем содержание, что делаем? И начали проводить маленькие вечера для себя – семей с детьми.

– А почему вы решили, что должны устраивать дома праздники и Кабалот Шаббат? Вы светские люди!
– Не то что мы должны. И к религии это не имеет отношения, тут другое. Для нас это часть еврейской цивилизации, и часть израильской семейной культуры – мира, к которому мы принадлежим.

– Значит, речь идет о передаче культуры?
Не совсем. Мы хотим помочь семьям создать свой опыт. Не влиться в некое общее русло, а создать собственный русско-израильский семейный опыт.

– Неужели вы первые?
– Не совсем. Есть программы, и уже давно, предназначенные для детей школьного возраста. Мы были первыми, кто вошли в эту тему с маленькими детьми.



– Почему так важен, на ваш взгляд, именно семейный опыт?
Потому что мы уверены, что семья закладывается именно в дошкольном возрасте. Когда ребенок –школьник приходит домой, приносит «свой мир» и что-то пытается объяснять, а родители далеки от этого, то начинается отдаление. И потом, уже в подростковом возрасте, обнаруживается, что дети и родители живут в разных культурных мирах.
Мы хотим помочь родителям и детям создать общее семейное содержание. И сделать это, пока ребенок еще мал и не может толком объяснить, что он узнал в садике, какие книжки на иврите читал, что рассказали про Песах. Мы помогаем «наводить мосты» и создавать свой семейный опыт, а не ждать когда будет «обвал на линии», потому что потом создавать культурную связь будет намного тяжелее.

– Расскажите подробнее, для кого создаются проекты амуты. Кто ваши «клиенты»?
– Такие родители, как я, которые называются «полуторное поколение» – дор вахеци. Это люди, которые 15-20 лет в Израиле, но приехали в Израиль как и я, в подростковом возрасте, не были здесь ни в садике, ни в начальной школе, приехали сразу в старшие классы, или, зачастую, прямо в университет. А в системе светского израильского образования единственное место, где есть шанс познакомиться с основами еврейской культуры это садики и начальные школы. Причем делается это настолько интенсивно, что только очень-очень невнимательный ребенок может что-то упустить. В начальной школе тоже этому много уделяют внимание А в старшей – физика, химия, багрут… И никто уже не говорит ни о каких праздниках.
Ещё некоторое «восполнение материала» встречается в армии. Но вот ситуация, например, когда девушка приехала в Израиль в 16-17 лет. Т.е. она и в школе не была, и в армию девушек после 17 не берут.  Прожила в Израиле 20 лет, и сейчас ей 35 лет. Она, может, получила два высших образования, говорит на иврите лучше, чем на русском, израильтянка «до мозга костей», но в смысле знакомства с еврейской культурой состояние ее мало чем отличается от того, что было до алии. Она на своем пути ни разу не встретила ни одного, где могла про это что-то узнать, если бы захотела.

– То есть, ей за двадцать лет не понадобилось ничего знать о еврейской культуре? Почему же должно понадобиться сейчас?
– Очень часто про еврейскую культуру и традицию не думают вообще, до тех пор, пока не рождаются дети. Когда ребенок начинает приносить ханукию домой, просить, чтобы мама пела с ним песни, услышанные в саду. И вот она начинает задумываться, о том, как делать Хануку дома, какие книги для детей любят читать в Израиле ... Мое академическое исследование так же показывает, что когда дети рождаются, эти вопросы всплывают.

– Много ли таких случаев?
– Да, очень. Мы убедились, что это не исключение из правил, а «мейнстрим», когда родители интересуются такими вещами.

–Давайте проясним. Допустим, Новый Год. Это кусочек моего жизненного опыта, моей культуры. И его я могу передать своей маленькой дочке, потому что сама в детстве украшала елочку, с волнением ждала подарков, смотрела мультики про Деда Мороза. Но я не зажигала в детстве ханукию, не сидела за пасхальным столом со всей семьей. Я не могу передать моей дочке такую семейную традицию. У меня нет этого опыта, а значит, ей не откуда его получить. И вот с вашей помощью мы с ней вместе этот опыт… создаем, что ли. Выстраиваем в ходе совместных каких-то действий. Правильно понимаю?
– Да. Хочу подчеркнуть: мы не копируем некий «усредненный» израильский сценарий, а берем те элементы, которые нам интересны, как русскоговорящим израильским семьям. Которым мы реально можем найти место в своем доме. На месте еврейской традиции в наших семьях пустое место, и заполнить его со стороны невозможно. Только вырастить изнутри, причем только с помощью хавайот, совместно переживаемого опыта.

– Нужны активные действия?
– Да, конечно. Например, на одном из пасхальных мероприятий мы сами пекли мацу. Я сама в жизни до этого никогда этого не делала. Было интересно проделать сам процесс. Понятно, что не было цели спечь по настоящему кашерную мацу,  просто посмотрела заранее много видеороликов и прочла статьи по теме. Всем было очень интересно, все процессы соблюли. Размешать, раскатать, проколоть, успеть все за 18 минут.  Но главное - была «хавайя», личный опыт..  Сами делали харосет. Сели потом за стол, приготовленный нами самими и провели Седер. Главное здесь возможность пережить такой опыт и понять, что нам нравится или нет, и что из этого взять для себя. Чтобы каждая семья взяла для себя то, что им ближе.

– На каком языке все это ведется? На русском?
– На двух языках, и это наша дополнительная «особенность». Очень многие дети, в том числе и мои, до трех с половиной ходили в русский садик. Не всегда только потому, что хотели дать им русский, а потому что так было удобно, еда, условия, рядом с домом. И создалась такая ситуация, что в 4 года мои дети не могли еще участвовать в «обычном» посещении музея/экскурсии с адрахой на иврите, из-за недостаточного иврита. Вообще, тема двуязычия у нас одна из главных.



– Как происходит работа на двух языках во время, например, праздника? Группа делится русскоязычных и ивритоязычных?
– Нет, конечно! Ведь это члены одной семьи, разделять их – это значит потерять весь смысл. Когда приходит новая группа, мы заранее не знаем, кто запишется, и уже по факту спрашиваем, кто не знает иврит совсем, и кто не знает русский совсем. Мы каждый раз решаем, будет ли мадрих говорить полностью на русском или на иврите, или будет переводить себя сам в каждом предложении.

– Есть какие-то записи, раздаточный материал?
– Конечно! Мы издаем специальные материалы для каждого мероприятия, семинара, по каждой теме. Все на русском языке, чтобы людям было проще. С помощью фонда "Генезис", который нас начал поддерживать в 2013, мы выпустили замечательные праздничные брошюры. Например, про Пурим. Есть часть для родителей с более углубленной информацией, исторические ссылки. Есть пересказ на русском Мегилат Эстер простыми словами, которыми можно рассказать об этом ребенку. Есть рецепты, идеи разных занятий для дома и игр, тексты песен.
Понятно, что на иврите это все есть, и на английском тоже и на русском тоже. Но то, что мы нашли на русском, было написано для евреев, живущих в России, Украине, в основном –для религиозных общин. И без израильского содержания. Например, в наших брошюрах есть обязательно листик с песенками, которые дети поют в садиках на праздники. Потому что дети приходят из садика, начинают петь песенки, и не понимает, почему мама не подпевает. Нам важно передать то, что в Израиле вышло из религиозной сферы и воплотилось в культурный контекст.

– Расскажи немного про «Миш-походы».
– Это еще один наш проект - знакомство со страной.  Родился, когда я начала гулять в Израиле с детьми на природе. Дети  в 3-4 года во время прогулки начинают показывать  на деревья  и спрашивать, как они называются. Мы прекрасно знаем, что такое береза, акация, тополь, – то есть,  то, что выучили в детстве в Украине, в России, но понятия не имеем, как называются  основные  израильские деревья. Ну, может, кроме пальмы и кипариса.  У родителей есть возможность это узнать и выучить с детьми. Поэтому наши первые походы на природу были вокруг этого. Что такое «эц алон»(дуб), и чем отличается дуб здесь  от дуба, который мы родители знаем. Какие у кого плоды, листья, сказки про каланиёт (анемоны), ракафот (цикламены). Такие вещи, которые одинаково не известны и интересны и детям, и родителям.
Во всех мероприятиях – семинарах, праздниках, мы стараемся сделать, так чтобы и родителям было интересно.

Есть еще причина, почему мы считаем, что природа – это важно. Например, девочка приехала сюда в 17лет, и не была уже ни на школьных экскурсиях, ни в армейских походах. А если ты сам не бродил по всяким рекам, холмам, то со своим 2-3 летним ребенком не решишься пойти в незнакомые места.
К тому же, обычные экскурсии и походы для маленьких детей не приспособлены. Мы наши маршруты специально строим под потребности семьи. На подготовке мы сами их проходим с мадрихом, со стоппером буквально, чтобы маршрут был не слишком длинным, чтобы дети смогли нормально его пройти. Т.е. создаем специально для семей с маленькими детьми, чтобы можно было твердо пообещать: это сработает.
Праздники и такие походы – это связующие звенья в жизни семей олим, создающие их собственный, внутрисемейный опыт жизни в Израиле.

– Все проекты амуты имеют личную основу, или вы опираетесь на какую-то статистику? Как решаете, что нужно?
– В работе я основываюсь, на мой опыт с детьми, и опыт проведения и организации проектов, который я накопила за все предыдущие годы и продолжаю накапливать. Все проверяла на себе. Если нам это как русскоговорящим израильским мамам надо, то мы это делаем. Моим детям интересно, значит делаем. Они изначально были главными клиентами.
Кроме того, я аспирант на кафедре современного еврейства Бар-Иланского университета. Пишу работу, где сравниваю молодых людей, приехавших в Израиль в 90х, как полуторное поколение, и тех, которые приехали в те же годы в Америку. Меня приглашают проводить лекции, семинары.

– Расскажи, с какими трудностями приходится сталкиваться?
– В первую очередь, конечно, финансовыми. Начинали мы сами, исключительно на добровольных началах. Когда увидели, что есть интерес и спрос, то начали искать поддержку, потому как понятно, что без нее трудно. Мы сами работали как волонтеры, но чтобы сделать большое качественное мероприятие, нужны дополнительные люди, а им нужно платить. Те же самые брошюры и материалы… Сначала мы готовили тексты к праздникам и печатали на домашнем принтере. Чтобы создавать красивые печатные материалы уже нужны были деньги. И так далее.

– Вас поддерживает фонд "Генезис"?
В основном, да, и немного местные отделения мин. Абсорбции, когда проводим что-то для местных групп.
Наиболее сложная часть после финансовой - набор ведущих. Уникальность проекта в том, что это родительско-детская группа. Нужно работать на двух языках с разными возрастами, нужно готовить и проводить еврейско-израильское содержание, которое должно быть основано на реальности израильских детей, и быть так же интересно родителям, у которых таких воспоминаний нет. Так что в этом году мы начали сами обучать ведущих, которые будут с нами работать. Пытаемся брать тех, у кого есть опыт ведения больших групп, которые умеют работать с детьми, и добавляем необходимое, нашу специфику.

– Ну, а с главным – проведением мероприятий, похоже, трудностей не возникает.
– Да. Потому что мы уже вложили все что надо в подготовку, так что все проходит хорошо.

– Расскажи, что ты знаешь о результатах вашей работы?
– Как в любой образовательной работе, очень трудно оценить результаты. Я знаю, что каждый раз приходит много новых семей, которые слышали от друзей, что было очень хорошо, и они тоже хотят прийти. Таким образом, за 3 года работы мы набрали около 160 семей, которые у нас участвуют. Есть 1100 человек, подписанных на нашу страничку в Фейсбуке. Часто мне пишут люди на мейл что-нибудь вроде «я уже год читаю вашу фейсбук-страничку, но только теперь дата и место подходят, и мы хотим прийти». Таких людей, которые читают, но еще не приходили, я тоже считаю конечно, частью нашей работы, нашим результатом.

Ну а самое главное, это когда люди начинают сами пробовать. Есть у нас отзыв от мамы из Иерусалима, которая писала, что они были у нас на Седер Рош-А-Шана, и увидели, что не такая уж это и сложная вещь. И вот она с нашим материалом решилась, и за 24 часа позвала друзей с детьми и сделала у себя такой праздник. Другая,  мама из Хайфы сказала спасибо за брошюру о Суккот. Когда ее ребенок пришел из садика с вопросами, а она не знала, что сказать. А теперь с помощью нашей брошюры может сесть с ним, почитать и объяснить.

– Три года работы амуты, как они отразились на жизни твоей и твоей семьи?
– Все члены моей семьи говорят, что наша жизнь стала интересной и активной. Как раз то, что я хотела! Этим летом во время Цук Эйтан был четырехдневный лагерь на 20 семей, который был создан и продуман под маленьких детей, с перерывом на сон, бассейн, программы. И мои дети в этом участвовали, конечно – это было для них в первую очередь. В следующем году, думаю, тоже будет лагерь, где мои дети поучаствуют с удовольствием. У нас появилось очень много новых друзей. Многие из тех, кто записывался на Фейсбуке и приходили на проекты, стали со временем и моими личными друзьями. У детей тоже образовался там свой круг друзей. Так что «הורים לצברים» это для меня и работа, и воплощение своих идеалов и ценностей. Все перетекает одно в другое, и мне это очень нравится.
Понятное дело, что есть и своя цена такой всеобъемлющей работе. Моя семья не всегда рада, что все семьи приглашены на 10:30, а мы приезжаем на место праздника уже к 9 -9.30 в Шаббат. Или когда вместо того, чтобы пойти в пятницу в кино, я сижу и вырезаю карточки, потому что завтра мероприятия. Работа дома – дело такое, у нее есть свои плюсы и минусы.



– Какие планы на будущее?
– Продолжать проекты. И держаться за качество. Чтобы праздник прошел хорошо, мы приглашаем 20 семей, если их будет 40-50 в одном месте, уровень мероприятия будет ниже. Мы хотим столько финансов и ведущих, чтобы такие праздники и походы, происходили одновременно на севере, юге, в центре… Чтобы все кому это интересно, могли по минимальной цене за участие позволить себе поучаствовать там, где им удобно. Чтобы больше семей могли принимать участие, получая как можно более высокое качество. Это наш большой идеал, и мы к нему стремимся.
Вот наши контакты:


Vika Shteiman
mobile: +972-52-4475344
e-mail: vika@tzabar-parents.org

הורים לצברים
Tzabar Parents

www.tzabar-parents.org
Visit our Facebooke page

Приходите!


Нина Галка, стилист

Знакомьтесь – Нина Галка, персональный стилист. Чуткая и внимательная, Нина умеет видеть глубоко, не придумывать в другом человеке только себя или предлагать красивые, но чужие образы. сдержанная женщина, умеющая буквально с первых минут общения настраиваться на вашу «волну». Она твердо уверена: одним цветом и линиями в одежде не обойдешься, а без учета внутреннего мира, по-настоящему хорошего внушнего эффекта не создашь.


– Возникает трудность, когда женщина попадает ко мне случайно, или из любопытства, и удивляется, когда я начинаю с ней говорить о внутреннем образе. «Вы мне просто скажите, какую одежду и каких цветов носить!» Тут мне приходится сначала объяснять, почему «просто», с моей точки зрения, просто не сработает.

[Читать дальше]– А разве к стилисту обращаются не за этим?
– Несколько лет я продавала женскую одежду в разных магазинах, в том числе и в очень дешевых сетях. И всегда удивлялась, что женщины, к которым я подходила, потом возвращались снова и снова мерить эти ужасные, плохо пошитые тряпки.
Не так давно, когда я делала шопинг с одной из моих клиенток, нам долго не удавалось найти нужную блузку. Когда мы перебрали и отвергли уже довольно много вариантов, я начала волноваться: неужели так и не найдем?!
Женщина при этом оставалась совершенно спокойна. Она сказала: «Нина, ты когда на меня смотришь в новой вещи, я прямо чувствую, как ты видишь меня настоящую под всеми оболочками и с первого взгляда определяешь, соответствует ли мне именно эта вещь или нет. И знаешь, ради этого взгляда я готова мерить еще и еще!»
Меня взволновали и удивили эти слова: а разве можно по-другому?

– Это правда? Вы действительно так видите?
Я глубоко верю, как человек, и как стилист, что каждый из нас – творение природы, а каждое творение красиво своей неповторимой красотой.
Самое главное в человеке – это его энергетика и внутренняя целостность. Они прекрасны и уникальны, потому что естественны. Естественную форму и содержание можно раскрыть, это и делает стилист.
Часто люди просто не знают этого про себя. Стараются быть кем-то другим… Мы часто играем роли и носим маски, и так привыкаем к ним, что просто забываем о себе настоящих. Либо, по каким-либо внутренним причинам, не хотим видеть себя настоящих. Либо находимся в плену принятых в обществе стереотипов. И нужна определенная смелость для встречи с самим собой.

– Современная жизнь чрезвычайно разнообразна, маски бывают необходимы.
Однако если ваша маска не соответствует вашей сущности, она не будет смотреться по-настоящему гармонично. Каким бы красивым и правдоподобным ни был костюм, язык тела, интонации голоса, исходящие от вас естественные энергетические вибрации покажут, что вам в этом образе неуютно.
Как подбирают актеров на роли в театре или фильме? Недостаточно подходящего пола, возраста и внешности. Нужны еще определенный тип личности, характер, энергетика… Иначе зрители скажут «не верю!»
Также и в жизни. Если я надену одежду, которая соответствует мне с точки зрения цвета и формы, но не соответствует внутренней сущности, движения и мимика все равно меня выдадут. И хотя окружающие люди не обязательно отдадут себе отчет, что же тут не так, но, вполне вероятно, интуитивно это почувствуют.

– А наоборот бывает? Когда одежда отвечает внутреннему образу, а к внешности не подходит?
Бывает, разумеется. Хотя, такие люди, скорее всего, не обратятся к стилисту – они любят то, что носят, и то, как в этом выглядят. А если сомнение возникает, и наступает «кризис» самовосприятия, то стилист помогает найти баланс между внешней оболочкой и внутренним стремлением личности. Иногда достаточно только привести в соответствие цветовую гамму, а иногда приходится искать компромисс между линиями и формой и, противоречившими им, чертами характера и наклонностями.
К сожалению, часто мы не осознаем своей целостности, не видим и не принимаем образ себя, как уникального творения, и сами искусственно разбиваем его на кусочки. Причем, одни кусочки мы видим, а другие старательно игнорируем, делаем вид, что их нет. Как правило, это больше свойственно женщинам. Очень редко бывают женщины полностью довольные тем, что им дала природа.
Например, спортивная девушка, «Том-бой» с детства, поддается влиянию подруги выглядеть более женственно, надевает длинное летящее платье романтического стиля и чувствует себя «не в своей тарелке». Если девушка - уверенная в себе личность, она спокойно распростится с такого вида платьем и найдет ему достойную замену, украшающую ее лучшим образом. Если же девушка не уверена в себе, она решит, что ей не хватает женственности для того, чтобы носить такую одежду. Но это не верно! Ее женственность просто требует иного оформления!

– То есть, недостаточно иметь определенный тип фигуры, чтобы с уверенностью выбирать себе одежду?
Даже если у нескольких женщин совершенно похожие с точки зрения пропорций фигуры, и одеты они будут похожим образом, у них, например, будет разная походка. И этого окажется достаточно, чтобы со стороны разница казалась значительной.
Плавный и неширокий шаг, сдержанный и четкий, стремительный и резкий – все это создает разные впечатления для наблюдателя.

– Сколько времени вам нужно, чтобы определить, какая у женщины энергетика?
Время необходимо для знакомства, общения, для возникновения глубокого душевного контакта. Каждый раз оно разное. Работу с женщиной я всегда начинаю с беседы, во время которой мы определяем ее цвета, а заодно знакомимся. Потом обсуждаем ее образ себя – у меня есть в запасе несколько вопросов, которые очень помогают женщине увидеть себя в неожиданном ракурсе. Конечно, я тоже говорю о своих впечатлениях и ощущениях, мы обсуждаем это.
Так что, к собственно стилю одежды переходим не сразу и очень постепенно.

… А теперь о главном. О Нине. И о том, зачем взрослому самодостаточному человеку, не лишенному чувства вкуса, и уж совсем не лишенному чувства скромности (да-да!), нужен стилист.
А только стилист ли? Проводник, который ведет тебя по узким туннелям подсознания. И ты внезапно прозреваешь. То есть все это ты где-то глубоко ощущал сам. Но осознавал ли?? Мне было крайне удивительно - ВНЕЗАПНО осознать, в каких случаях выбор мной цвета в одежде - интуитивное и правильное чувство, природное и естественное; а в каких - признак временного состояния души. Например, депрессии, а потом - подсознательного лечения депрессии (цветом - среди прочего).
Я удивилась, когда среди первых вопросов, которые мне задавала Нина, были вопросы, вовсе не касавшиеся одежды. Они касались образов, которые я ассоциирую с собой. И, по-моему, это очень тонко и правильно. Потому что красивую, но неподходящую шкурку, можно кому угодно прилепить, - а она не приживется. А когда с активнейшим вашим участием - вам помогают докопаться до себя самого, настоящего, естественного и прекрасного, все получается совсем по-другому.
(Важно!) В результате не может получиться так, чтобы вам не понравилось!! Потому что это - ВЫ.
...Честно скажу, я сомневаюсь, что все стилисты делают то, что делает Нина. Поэтому скажу только за нашу с ней встречу и общение. Это было и остается прекрасно.
Алена Гаспарян

– Нина, кто ваши клиенты?
Обычно это женщины от тридцати лет, которые озабочены не столько тем, чтобы хорошо выглядеть, сколько хотят найти и раскрыть себя настоящую.
Я очень рада клиенткам с творческим подходом, со стремлением понять, «как все это работает» и потом самостоятельно строить свои образы.

– Ищущие себя люди делают это многими путями. Как думаете, почему они обращаются к вам, к стилисту?
Могу лишь предположить. Иногда женщине хочется, чтобы кто-то помог ей взглянуть в зеркало и увидеть там себя: настоящую и прекрасную. Во многом это, конечно, внутреннее ощущение. Однако так же, как мы граним драгоценные камни и вставляем в красивую оправу, а для составления букетов есть даже целое искусство икебаны, так же и женщине легче увидеть свою внутреннюю красоту в соответствующем оформлении.

­– Нина, как получилось, что вы стали стилистом?
Мой путь к этому занятию был очень долгим. Я с детства любила рисовать, ходила в художественную школу. Потом трижды училась визажу - дважды в Петербурге, и потом в Тель-Авиве. Увлечение цветом привело меня на курс консультанта по стилю. С тех пор и по сей день это мое самое любимое занятие.

– Что Вам доставляет самое большое удовольствие в работе?
Когда женщина сама начинает видеть и ощущать тот образ, который тщательно скрыт от нее самой. По-моему, этот момент – настоящее чудо. Люди развивают в себе творчество.
Я очень люблю свою работу за то, что люди постепенно приходят к пониманию и принятию себя и своей красоты.



Контакты
https://www.facebook.com/Ninafuntik

Знакомьтесь: Масяня (по материалам интервью с Олегом Куваевым для журнала "Мигдаль")

Однажды, когда мы с мужем сидели в ожидании начала концерта, он толкнул меня в бок: смотри, смотри, Масяня! Я закрутила головой, и действительно: прямо позади нас сидит!.. ну, не совсем она, а ее создатель Олег Куваев! Не веря своей удаче, я попросила разрешение сфотографироваться и с гордость вывесила снимок в фейсбуке. На что получила две реакции: «ух, ты!» и «а кто это такой?».
Что ж, попробую рассказать.

[Читать дальше]

Кто такая Масяня?
Наверняка вы хоть раз видели этот забавный мульт про питерскую девушку-тусовщицу, так легко узнаваемую всеми любителями постсоветского андерграунда. Олег Куваев придумал его в 2001 году, и мультфильм тут же обзавелся невероятно большой аудиторией. Одно время Масяня выступала на НТВ в передаче Леонида Парфенова «Намедни», но затем вернулась в интернет и по сей день проживает только там.

Интересный факт: бурные 90-е Куваев провел за границей, занимаясь любимой живописью в прекрасно оборудованной студии при художественной галерее. Как сам говорит, «спасался экономически». Домой, впрочем, регулярно наезжал и был в курсе дел, а материальная защищенность позволяла наслаждаться плюсами перестроечного периода в полной мере. Новые возможности, свобода творчества, интересная бурная жизнь... Думаю, благодаря этому Масяня умудрилась сохранить врожденный оптимизм и здравый пофигизм.



Масяня живет обычной жизнью. У нее есть мама (папа где-то затерялся), друг-сожитель Хрюндель и приятель Лохматый. А еще московская подруга Ляська («Тут у меня где-то пятьсот баксов упало. А, ерунда.»). Она практична, деятельна, радуется жизни и относится к ней как к одному большому приключению. Какой бы тяжелой ни была ситуация, друзья найдут в ней что-нибудь позитивное, или отнесутся пофигистично.

- Привет, чей-то ты тут сидишь-то?
- У Маськи депрессия…суровая…
- Че-нибудь серьезное?
- Да не, вроде так, мировая скорбь.

Это мультфильм «Депрессняк», один из самых популярных. Как сам пишет про это Олег в описании ролика на своем интернет-канале:
«Мульт народу очень понравился. Чем - я не знаю. Наверное, тем, что у каждого бывают депресняки и никто еще до сих пор не делал про это мультов. И, опять же, метод, которым Масяня выходит из дересняка, легко применим. Самоирония всегда выручает в трудных ситуациях.»

У автора Масяни отличный вкус настоящего художника. Он не позволяет своему персонажу переходить грань между уличным сленгом и грубым матом, между приколом и вульгарностью. Озвучивается мульт так: пишется сценарий, но текст не заучивается наизусть, а произносится спонтанно. Так что речь у персонажей получается естественной и узнаваемой, как и прочие детали их повседневной жизни.

Кто смотрит Масяню?

Когда мультфильм создавался, его единственными зрителями были сетевики: особая «каста», зародившаяся в конце 90-х, состоящая из людей, умеющих пользоваться компьютером и активно живущих в интернете. 2002-2003 годы Масяня провела в телевизоре с Леонидом Парфеновым, где ее кто только не видел, самый разный народ. Затем мультфильм вернулся в интернет, но за это время и там аудитория расширилась. Приобретенная популярность сохраняется у мультсериала по сей день.

Смотрят Масяню русскоязычные жители всех стран. В последние годы у нее появилось много молодой российской публики, и это при том, что персонажи сериала за это время значительно повзрослели! Одно из возможных объяснений – отсутствие альтернативы. Беседуя с Олегом, я спросила: какие отзывы про Масяню он получает чаще всего? Оказалось, что абсолютный лидер - «я к вам хожу поганое настроение подправить». Много ли сейчас по-настоящему оптимистичных мультфильмов на русском языке, при этом не заказных и не политизированных? Пожалуй, этот единственный.

Последние несколько серий Масяни были сделаны с помощью краундфандинга, публичного сбора средств, однако этому способу временно объявлен перекур.
 «В России на данный момент с терпимостью совсем плохо, поэтому делать что-либо совместно проблематично. Когда через краундфандинг снимался мультфильм «Будапешт», где прозвучала тема «крымнаш», потом некоторые зрители возмутились. Это был небольшой процент, но мне хватило, чтобы склониться в сторону окончательного индивидуализма»
Теперь Куваев делает все, как прежде, один, никому ни за что не отчитываясь.

Сериал, который взрослеет

В 2006 году Олег Куваев женился и переехал в Израиль.
«Когда появились семья-дети, я понял, что настолько большая часть моей души этому уделяется, что это не может не сказаться на мультфильмах.»



Он решил, что Масяня будет взрослеть. Ну и что, что в сериалах так не принято? И что у Симпсонов, например, уже двадцать пять лет младенец так и ползает с соской? Олег принял концептуальное решение: ему как художнику будет интереснее, если персонаж будет взрослеть и вместе с ним, и с публикой.

«Мне пришлось свою аудиторию преодолевать, чтобы она это приняла. Все привыкли, что персонажи сериалов не взрослеют, так что первый мультфильм, где Масяня залетела, не прошел. Но я решил, что как художник имею право надавить, и делать еще и еще, не смотря на то, что они не хотели. Наконец, аудитория приняла это, и теперь все хорошо.»
Масяня давно замужем за Хрюнделем, на сегодняшний день у них двое детей. Жизнь продолжается.

Конечно, я не удержалась и задала Олегу несколько вопросов об Израиле.
«Очень удивляет различие между стереотипами, которые есть по отношению к Израилю, с его реальным лицом. И разница с Россией ну просто огромная!»

Создатель Масяни говорит, что она в обозримое время не собирается покидать Петербург, но все возможно. Мне остается только выразить надежду, что однажды талант Олега Куваева направится в русло мультфильмов об Израиле. Ведь кто еще так точно и по-доброму сумеет показать его настоящее лицо?
А вот тот самый снимок. Горжусь знакомством!




(статья в журнале "Мигдаль Таймс")

Илана Шляпник, персональный стилист

Знакомьтесь – Илана Шляпник, персональный стилист. Илана специализируется на полных и фигуристых женщинах, или тех, чья фигура изменилась после родов.

­– Почему? Потому что сама много раз в отчаянии захлопывала дверцы шкафа и громко восклицала такую знакомую многим женщинам фразу: – "мне нечего носить!", сердилась на себя и свое тело за те изменения которые материнство и возраст создают с телом, ставила себе нелепые условия вроде «сначала похудей на 20 кило потом одевайся». С досадой читала про все интернет советы о том как за 10 минут похудеть и как стать иконой стиля в 10 шагов. Пробовала все немыслимые диеты, и сердилась на себя за то что не может заставить свое тело быть таким как раньше, за то что красивые по её мнению вещи шьют только для худых.

И кругами обходила магазины что бы найти одежду, которая бы помогла мне чувствовать себя хорошо и эстетично, современно и модно. Пока не поняла – не надо ждать пока похудеешь, помолодеешь или станешь богаче. Надо учиться и найти инструменты, которые помогут в создании образа уверенной и сильной современной женщины. Вне связи с возрастом  и телосложением – ведь красота женщины не зависит от цифры на весах.



Как сказала одна моя клиентка:

[читать дальше]

«Теперь я поняла, что мне есть что украшать, есть чем гордится! И я вовсе не должна силой заставлять себя худеть!» В результате нашей работы она перестала воевать с собой. Перестала злиться на себя за то, что не соответствует каким-то выдуманным кем-то стандартам и приняла свое тело.

Парадоксально но лишь приняв себя и получив полный комплекс услуг у стилиста она вернулась к занятиям спортом и немного изменив привычки в питании улучшила не только внешний вид но и здоровье.

Ведь главное – принять свое тело таким, как оно есть сегодня, и научиться правильно его украшать.

– Можно поподробнее о ваших клиентках?

Это состоявшиеся женщины, обычно в возрасте 45-55. У них есть семьи, они делают карьеру, им важно хорошо выглядеть. Современно, гармонично, вне связи с возрастом, телосложением и достатком.

При этом они ошибочно считают, что должны воевать со своим телом, и что приз в виде нарядной красивой одежды полагается им только в случае этой мифической «победы», то есть, когда они станут кем-то другим, а не собой. Желательно обладателями каких-то невероятных пропорций, которых и на свете-то не существует.

– Что вы им советуете?

Я просто говорю: это – то, что есть сегодня, и мы сейчас научимся это все классно упаковывать и с гордостью показывать миру. Почувствуешь себя женственной и привлекательной, а уж потом занимайся спортом, здоровым питанием и чем хочешь. Одно другому не мешает. Главное - мир с собой наступит уже сегодня.

– Как вы пришли к работе с индивидуальным стилем?

Девочкой я шила и наряжала кукол, себя и подружек. Потом была работа в театре: создавала сценические наряды для кукол и для актрис. Там брали тряпки, накалывали их на манекен, создавая образ. А я должна была, глядя на этот манекен, сделать выкройку, сшить и выдать готовый костюм для актрисы или для куклы

Затем профессиональное обучение на модельера-закройщика (так это называлось много лет назад). Я открыла маленькое ателье по индивидуальному пошиву одежды, которое благополучно работало практически до моего отъезда в Израиль в 89 г.


- И здесь продолжили то же самое?

О, нет! Честно говоря, само по себе шитье это работа в моих глазах довольно скучная, хотя я могу в случае надобности сделать выкройку и сшить предмет одежды на заказ. Это помогает мне при покупке одежды для клиентки. Практически всегда  вещь после покупки требует небольшой переделки  подгонки и я ещё в магазине могу оценить или эта переделка технологически возможна и стоит потраченных на неё усилий. И отвожу мою клиентку к портнихе, которая работает со мной.

А вообще моя страсть – это увидеть человека и создать ему эффектный образ. Образ красивой, гармоничной и современной, успешной и уверенной в себе женщины. Женщины, выглядящей привлекательно и достойно.

– Вашего профессионального опыта хватило, или пришлось учиться дополнительно?

Иногда я слышу, как девушка говорит: у меня хороший вкус, я все про себя знаю, я обожаю моду, так что  я могу отлично одеваться сама и одевать других.

Хочу сказать, что мы часто находимся в плену ошибочных представлений и неизвестно откуда взявшихся стереотипов о себе. Поэтому я сама, уже проработав свои навыки модельера и костюмера, перечитав кучу книжек, блогов и поэкспериментировав, все же прошла профессиональное обучение на стилиста. И только после этого все изученное уложилось в целостную систему и начало по-настоящему работать.

Как художник, желающий хорошо рисовать, учит правила композиции и сочетаний цветов, также и стилист должен освоить определенные правила.

– Некоторые женщины опасаются, что если начнут одеваться «по правилам», им придется отказаться от естественности и самовыражения.

Женщина всегда так или иначе выражает себя, свою индивидуальность, характер, энергию. Другое дело, какие средства она для этого использует. Правила, законы стиля, которые стилисты изучают во время профессионального обучения, дают надежную опору и ориентир. Их достаточно мало, чтобы они складывались в целостную систему, и достаточно много, чтобы знающий человек мог правильно подобрать нужные.

Например, есть рекомендованные линии одежды для определенного типа фигур. Но у этой конкретной женщины может быть та или иная особенность, которая делает эти рекомендации лично для нее не применимыми. Или их применять нужно определенным способом, а каким – это мы с ней и будем подбирать.

Однако и женщина должна сотрудничать со мной, делать шаги навстречу.

–  Что от нее требуется?

Придя ко мне, женщина сталкивается с внутренним конфликтом, сопротивлением. Оказывается перед выбором: сохранять ли верность своим привычкам, или посмотреть в зеркало и увидеть в нем свою настоящую красоту, признать ее. И это очень трудно - принять что существует разница между тем что то что мы любим и тем что нас украшает. К сожалению это не одно и тоже... Очень тяжело противостоять таким словам, как «комфортно» и «удобно», или «я это никогда не носила и не одену».


Часто женщина говорит: «но я это так люблю…» и я тогда отвечаю: «да, но отвечает ли оно тебе взаимностью?»


Вообще главные враги зрелых женщин, это желание быть «оригинальненькой» и «молодежненькой».

И еще. Когда женщина понимает, что легкая скроенная по косой  летящая юбка скрадывает ее слишком тяжелые бедра, она также понимает, что к этим юбкам ей придется искать обувь, блузку, белье. А заодно разрушить свои представления о том, что черные брюки худят.

Это требует определенных усилий, иногда немалых. И моя задача – помочь женщине преодолеть, пройти этот этап, чтобы в результате принять и полюбить себя такой, как есть. И тогда украшать то, что красиво, подчеркивать то, что выразительно и скрадывать то, что стоит скрыть на реальном, настоящем, живом теле.

И тогда исчезают залежи вещей, которые никогда не носились. Больше нет такого: «купила и мне не подошло». Женщина получает в руки ключи для анализа себя, соответствия своей внешности, характера, обстоятельств… Все эти инструменты которые её окажут услугу много лет. Она становиться "сам себе стилистом" на все времена.на все случаи жизни – от вечернего торжества до поезди на неделю за границу. Правда должна оговориться – эти изменения происходят не мгновенно. Требуется время. Жизнь это ведь не телешоу.

– Но ведь все может поменяться, и ваши советы потеряют силу.

Никогда не потеряют. Почему? Да потому что даже если женщина очень сильно похудеет, её пропорции останутся прежними. Измениться объем, но соотношение ширины плеч к ширине бедер - останется неизменным. А это значит, что если ей сейчас идет юбка-«карандаш», то размер 50 смениться на 44, а форма будет ей по-прежнему идти.


– Бывает так, что убедить не удается?

О, да! Например, все тот же красный. Все познается в сравнении - на встречах я прикладываю к женским лицам разные оттенки красного и учу их увидеть, когда этот красный подчеркивает блеск глаз и уменьшает синеву под глазами или же напротив: усиливает цвет родинки на щеке и делает кожу шершавой.

Драма начинается, когда женщина красит волосы в рыжий цвет, привыкла к своему отражению и верит, что её бурный темперамент она может выразить только через цвет волос. И говорит, что рыжий – это не цвет, это характер.

Я считаю, что это моя профессиональная неудача. Это значит, что я не смогла ей показать в зеркале, насколько этот цвет ее простит, огрубляет. Не смогла донести, что экспрессию и темперамент можно выразить через неожиданные, но гармоничные сочетания цветов одежды, через выразительные крупные украшения, фактуру тканей и через крой одежды так далее.

Та дама ушла недовольная мною, я не подтвердила её правоту. А она заявила, что ей скучно и неинтересно носить одежду  в цветовой гамме средней насыщенности.

Так что наша служба и опасна, и трудна, и порою не видна!

– Что вам доставляет самое большое удовольствие в работе с женщиной?

Особое удовольствие для меня - выполнить социальный заказ. Например, получив должность начальницы большого отдела, выглядеть как достойный руководитель,  и вместе с тем не выглядеть сухарем и бесцветной мышью. Или когда вдруг надо соблюдать ограничения, наложенные дресс кодом. Например, одна моя клиентка получила новую должность и стала управлять большим отделением банка в религиозном районе. От неё потребовали выполнения ряда обязательств: носить платья и закрывать  локти. Она даже подумывала отказаться от должности, до такой степени ей это мешало, и нам в итоге удалось создать компромисс.

Но больше всего я ценю момент, когда между мной и женщиной возникает доверие. Это случается не сразу, этап сопротивления проходит каждая: «этот цвет я никогда не ношу», «это я никогда не одену», «у меня уже не тот возраст» и так далее. Постепенно ситуация меняется, женщина начинает больше слушать, понимать и наконец готова довериться и начать работать.

Ради этого момента уже стоит быть стилистом.



– Какой результат своей работы вы считаете самым важным?

Женщина должна быть довольна собой, она должна посмотреть в зеркало и сказать: вау, оказывается вот я какая! И когда она это увидит, то сама уже будет искать способы это подчеркнуть. Главное – она должна это увидеть. И отказаться от стереотипов.

–   Есть ли творческие планы?

Собираюсь расширять и развивать свою студию в Ашдоде, выходить на просторы интернета, работаю над сайтом и ищу женщин которые готовы принять участие в полном процессе с стилистом и разрешить мне опубликовать их фотографии.

А главная мечта – написать книгу, которая будет называться «Полные женщины и израильский климат». Предназначена она для всех «полнушек», которые живут при жаре 35+ в тени и влажности 70%. И так девять месяцев в году.

– Илана, что я встречу, если приду к вам в качестве клиентки? Какой вы со мной будете?

Буду проявлять понимание. Понимание того, что ты запуталась, и пришла за помощью. Того, что до сих пор ты делала самый лучший выбор, который могла, основываясь на тех знаниях, которые у тебя были.

Я понимаю, как это непривычно - выйти из повседневных обязанностей, в которых так удобно крутиться в джинсах и трикотажной кофточке. Я понимаю, что такое быть уставшей и невыспавшейся мамой маленьких детей. Что такое, когда нет машины и нужно много ходить пешком по жаре. Что такое, когда трутся внутренние поверхности бедер, стоит только надеть юбку… Я верю и знаю, что, даже исполняя все эти нелегкие обязанности современной женщины, вполне возможно создать современный, удобный и гармоничный гардероб. В котором будет место и женственности, и удобству. 

Женщина получит у меня метод анализа, который позволит ей в дальнейшем осознать в своей внешности сильные и слабые стороны.  Знать, как их на самом деле маскировать, а что наоборот, стоит подчеркивать, а главное – как именно это делать.

Мой метод позволит ей поверить в то, что женщина с фигурой любой конфигурации может выглядит  ярко, эффектно и женственно. И добиться любых целей в жизни. Потому что, хотим мы этого или нет, о нас судят по внешнему виду. Так отчего бы не повернуть это в свою пользу?



Илана Шляпник, контакты
https://www.facebook.com/ilana.shlapnik/?pnref=lhc

Тали Каплан, эмоциональная и душевная поддержка

"Знакомьтесь – Тали Каплан, эмоциональная и душевная поддержка в состояниях одиночества, кризиса или болезни.

Во время разговора с Тали, буквально с самого начала, у меня изнутри стали всплывать, как пузырьки со дна, даже не мысли и чувства, а события и пережитый опыт моей жизни. Очень скоро было ясно: талант Тали в том, чтобы уже одним своим присутствием поднять в человеке интерес к собственной жизни и к себе самому, желание посмотреть на это еще раз и оглядеться вокруг в поисках новых впечатлений."

10599444

[Читать дальше]

– Тали, эмоциональная поддержка - это терапия или консультирование?

Ни то, ни другое.  Сейчас постараюсь объяснить.

У многих из нас в жизни были ситуации, когда мы отчаянно нуждались во внимании, поддержке, защите, просто в том, чтобы кто-то близкий и значимый для нас был с нами рядом, когда плохо — не торопясь, без осуждения и поучений. Особенно если это кризис в связи с какой-либо острой жизненной ситуацией, болезнью, утратой.

Часто в такие периоды люди задаются вопросами о жизни и смерти, о смысле страданий и о том, как продолжать жить дальше после того, что произошло. Вопросы, остающиеся без ответов. И если рядом нет человека, которому можно довериться, поговорить, встретить внимательный взгляд, наступает разочарование. А за ним – чувство одиночества, собственной ненужности, упадок сил. Невозможность, нежелание приспособиться к переменам и жить дальше.

Я работаю с самыми разными людьми и по многим невеселым рассказам знаю, что такое для них быть одиноким, невыслушанным, отверженным. Я не стану рассказывать вам о том, в какое время и в каком окружении мы живем. Время переживаний, скоростей и постоянной тревоги за близких, за детей и их будущее. Вокруг нас всегда есть те, кого необходимо выслушать: начальники, коллеги, соседи, клиенты… А кто выслушает вас? Кто готов остановиться, посмотреть в глаза и спросить: «Как ты? Что с тобой происходит? Что тебя беспокоит? Радует? Что я могу для тебя сделать? Чем помочь? Как поддержать?»

Этот человек – я.

– Какие простые вещи… Их обычно ждут и получают от близких людей, разве нет?

Конечно, ждут, и прежде всего, ждут от близких. Но не всегда получают. И причины тому бывают разные. Например, такая. Эмоциональная боль преодолевается намного труднее, чем физические страдания. Часто бывает так, что нервное напряжение, душевная боль, духовные сомнения не понимаются и не воспринимаются всерьез со стороны близких. Им кажется, что если человек благополучно перенес болезнь и физически уже здоров, то все в порядке. Тем не менее, это не так…

К тому же, не каждый готов признать, что нуждается в помощи и сказать вслух: «Мне плохо, помоги мне». Особенно это касается старшего поколения. Зачастую люди, особенно пожилые, скрывают свое одиночество, потребность поговорить и быть выслушанными. Для этого есть разные причины — от страха быть непонятым до нежелания беспокоить своих детей, быть для них обузой.

У меня есть подопечная, пожилая женщина, которая с моей помощью сейчас учится жить, радуясь самому процессу. Там тяжелая ситуация: потеря, обида, предательство. Я помогаю ей увидеть, что несмотря ни на что все-таки есть смысл продолжать жить дальше. Ради внуков, ради дочери. И прежде всего, ради самой себя.

– Ты предпочитаешь работать с пожилыми, почему?

Пожилые люди — они особенно уязвимы. Ощущение приближающейся старости, страх этой старости и смерти. Страна, так и не ставшая до конца своей. Дети выросли, у них своя жизнь. Человека охватывает постоянное ощущение одиночества, оторванности и ненужности.

Пожилые люди – они как дерево, которое пересадили, а оно не прижилось, и начало болеть. И болеть эти люди начинают на всех уровнях: и физическом, и эмоциональном, и ментальном.

В этом возрасте возникает внутренняя потребность найти ответы на жизненно-важные вопросы, но уже не практические, а душевные и духовные. О жизни, ее смысле, о смысле страданий и о том, как их достойно преодолевать. Причем, не перед другими людьми, а перед самим собой.

И это те люди, которым нужен собеседник. Но не просто собеседник, а человек, которому они смогут доверять. Люди в возрасте уже хорошо знают, как сложно и редко находятся (и строятся) доверительные, близкие отношения. Потребность в них только растет, а вот возможности — уменьшаются.

Особенно тяжело, когда не получается выстроить такие отношения с близкими людьми. Это отчасти и недоверие, а отчасти — невозможность поговорить, потому что близкие боятся «больных» тем. Это не равнодушие, и они не виноваты, в них говорит неосознанный страх — говорить с пожилым человеком, например, о смерти. В результате человек оказывается один на один со всем, что для него важно, о чем он хочет, но не может ни с кем поговорить. Со мной — может.

– У тебя есть какие-то особые «инструменты»?

Главный инструмент поддерживающего — он сам, его личность и его способность присутствовать, сопереживая. Именно с этого все начинается. И именно от его способности слушать и быть искренним зависит, захочет ли человек открыться и поделиться своей жизненной историей, говорить о наболевшем.

Однажды женщина сказала мне по окончании нашего разговора: «Слушай, что ты со мной сделала! Я совершенно не собиралась говорить о личном. Но с тобой мне захотелось поделиться своим опытом — что со мной происходило, как я проходила этот опыт, что вынесла из него. Со мной это бывает довольно редко. У тебя необычное ухо».

Для меня ее отзыв был одним из высших признаний — моего умения вызвать доверие у другого человека и желание говорить о том, что для него важно. Рядом со мной человек чувствует уверенность в том, что он не один в своем одиночестве, в своей беде. Что его не только слушают, но и слышат. Что он будет понят, и он может быть спокойным и расслабленным, и что даже вещи, которые кажутся ему страшными и ужасными, будут приняты и поняты правильно.

– Все-все?

Абсолютно. Со мной все легитимно. Человек может высказывать абсолютно все, что у него есть внутри. Это, собственно, то, чем я отличаюсь от очень многих: со мной можно говорить обо всем. Даже на самые табуированные темы.

Я знаю и настаиваю на том, что человек имеет право чувствовать то, что он чувствует. И он имеет право на то мнение, которое у него есть. Нет запрещенных или неправильных чувств!

Со мной человек может быть таким, какой он есть. Может в любой форме выражать то, что он чувствует. В нашем пространстве человек может чувствовать себя в безопасности — без оглядок, без страхов, без опасений. Делиться свободно. Он может не беспокоиться о последствиях, может не бояться быть в моих глазах плохим или неправильным. Он будет услышан, понят и принят. У него есть эта уверенность, я даю ему ее всеми способами, которые есть в моем распоряжении.

Еще один момент. Чаще всего, люди приходят ко мне по рекомендации, изначально доверяя. И, тем не менее, я всегда говорю им, что ни один человек не узнает о нашем разговоре. Что бы я ни услышала. То, о чем я говорю с человеком, знаем только он и я.

–  Иногда пожилым людям нужна поддержка не только душевная, но и в каких-то конкретных действиях. Выйти погулять на улицу, например.

Конечно. Иногда у человека нет каких-то острых переживаний. А просто нужен друг, который сможет быть на одной волне с ним сегодняшним и поможет связать воедино прошлое и настоящее, внутренне и внешнее, события и чувства.  Он хочет понять, как устроен современный мир, как живут дети, как будет складываться жизнь внуков. И нуждается в посреднике, который поможет наладить ему связь с его семьей, взаимопонимание. А порой – и просто, чтобы донести до детей и внуков что-то вполне конкретное и при этом очень важное (чтобы посетили определенную могилу, сохранили вот эту фотографию и т.д.)

Пожилому человеку бывает очень обидно, что ему не с кем поделиться тем, что он пережил и передумал. У детей своя жизнь, внуки часто говорят на другом языке и уже не понимают его. Зачастую пожилой человек чувствует себя исключенным из жизни семьи, не понимая и не ориентируясь в происходящем, а его детям даже не приходит в голову, насколько их родителям тяжело. А ведь старикам нужны очень простые вещи – знать, что их замечают и что они все еще важны, что на них есть время и что они не в тягость…

Я готова выслушать и записать воспоминания, посмотреть старые фотографии и помочь вспомнить истории, на них запечатленные. Открыть что-то новое в жизни, к чему у человека уже нет сил самостоятельно присмотреться или искать. Дать успокоение или, наоборот, новые впечатления от общения с новым человеком и новизной современного мира. Это может быть не обязательно беседа, мы можем вместе смотреть телевизор, слушать музыку, читать или просто молчать...

Если бы их близкие знали, как много может дать пожилому человеку даже недолгий разговор и простое прикосновение!

– Количество встреч определяется заранее?

Нет жестких и обязывающих рамок. Наши отношения с подопечным не привязывают его ко мне. Как только человек почувствует, что у него появилось достаточно сил, чтобы самостоятельно справляться со всем происходящим, он может тут же мне об этом сказать, и мы прекратим встречи.

И еще один важный момент. Наша встреча, несмотря на определенные временные рамки, будет продолжаться столько, сколько нужно, если я вижу, что в этом есть необходимость. До тех пор, пока человек не выговорится и не придет, хотя бы на сегодня, к состоянию внутреннего покоя. Остановить человека на полуслове, полуэмоции, невысказанности будет неправильным и некорректным.

Я никуда не тороплюсь.

– Ты можешь быть с человеком до самого конца?

Да, могу и буду. Так же, как человеку нужна помощь при рождении, так же он нуждается в помощи, умирая. К смерти мало кто готов, и людям страшно умирать. Я создаю атмосферу, где человек сможет рассказать о своей жизни, попытается понять, в чем был ее смысл, подвести итоги. Я помогаю человеку выговориться, вместе с ним мы пытаемся прочувствовать до конца душевную боль, попрощаться с жизнью в умиротворенном состоянии, примириться с самим собой.

И однозначно могу сказать: это и есть мой путь и моя миссия в этой жизни.

Сейчас на моих глазах угасает человек. Мне очень больно это видеть, но я никогда во время встречи не позволяю себе пойти за этими чувствами, потому что вижу: мой приход поднимает ему настроение, он начинает улыбаться. И на душе у меня спокойно, потому что я делаю то, что должна была сделать. И я не могу по-другому.

– Тали,  твои отношения с человеком будут близкими, но временными. И когда они закончатся, это как потерять друга. Не приведет ли это к новой боли?

Мне очень нравится притча о том, что можно дать человеку рыбу, чтобы он насытился, а можно дать удочку и научить его ловить рыбу. Это одна из главных моих задач – помочь человеку обнаружить, раскрыть его внутренние ресурсы и силы, и научить его самому их поднимать, обрести точку опоры в самом себе.

Я верю, что есть нечто высшее, какой-то высший смысл и высшая задача, ради которых человек живет и которые ему нужно понять. Через меня, сквозь меня к человеку это приходит, и если он это принимает – наступает понимание, приходит покой.

Во время нашего общения я делаю все, чтобы человек сам захотел увидеть и найти, ради чего стоит продолжать жить. Чтобы он захотел попробовать что-то сделать сам.

«Ливуй рухани» — это то, что я могу сделать для людей, которым необходима поддержка. Я прихожу, потому что знаю: меня ждут. Много лет своей жизни я была занята поиском пути, которым я могу реализовать эту свою потребность – помогать другим людям, быть полезной. И сегодня я точно знаю, что нашла его.

Эстер Карпол, кинезиолог, метод «Единый мозг»

Знакомьтесь – Эстер Карпол, кинезиолог, чья специализация – метод «Единый мозг», на иврите «Моах эхад» . Эстер работает с эмоциональными состояниями, выявляет их причины, снимает нервное напряжение и приводит организм в состояние равновесия на трех уровнях: тело, эмоции, сознание.



– Возьму, пожалуй, сразу быка за рога: чем уникален метод?
[Читать дальше]Уникальность метода-интеракция и согласованность на всех уровнях сознания!
Когда мы говорим с тобой, мы говорим на уровне сознания, правда? То, что ты думаешь, ты говоришь мне; то, что я думаю, я говорю тебе. Очень часто это не очень объективно, мягко говоря. Даже самый прямой и честный ответ включает как то, во что мы верим, так и то, что спрятано на подсознательном уровне от нас самих. Причина такого «прятанья» - страх, боль или страх перед болью. Откуда они взялись? На подсознательном уровне находятся ограничивающие системы убеждений, полученные в раннем детстве в основном  до 7 лет, которые контролируют сознательный уровень. А поскольку они не осознаются, в этом месте есть конфликт между сознанием и подсознанием.

Приведу пример. Человек говорит: «чтобы добиться успеха я должен работать очень тяжело», это его сознательное убеждение. А причина этого лежит в убеждении подсознательном, которое звучит как «я ничего не стою» или «я должен всем доказать» и т.п. Оба эти убеждения создают внутри человека конфликт, приводят его в состояние неуверенности, невозможности принять решение и – крайний пример – саморазрушению.
Так что главное – и «Моах эхад» это умеет – получать ответы в обход сознания. Это техника проверки по мышечному тонусу, на уровне тела, позволяющая задать вопрос подсознанию и получить лежащий там ответ.

– По мышечному тонусу? Это как?

Наш мозг знает все. Именно он дает электрический сигнал мышцам совершить  какое-либо действие. Как думаешь, почему человеку предлагают сесть на стул, прежде чем сообщить неприятную новость? В момент стресса мышцы ослабевают, так что человек может даже упасть. Тоже самое здесь. Если запрос вызывает эмоциональное переживание, я почувствую как мышцы ослабли. А если нет - они сохранят тонус.
Кстати, таким способом можно определить, например, какие продукты питания подходят человеку, а какие нет: организм это точно знает.
Но это еще не все! Я проверяю одновременно мышцы обеих рук. Почему? Правая сторона тела связана с левым полушарием, а левая сторона с правым. Левое полушарие – логика, контроль, действия. Там же находиться «центр выживания», принимающий решение убегать или сражаться. Оно отвечает на вопрос «что я уже знаю».  Правое полушарие – творчество, воображение, выбор. Для него не важно время и пространство, и там хранятся страхи, границы и ограничивающие системы убеждений. Оно отвечает на вопрос «кем я могу стать».
Проверяя обе руки мы включаем оба полушария и получаем доступ к «банку памяти» в обеих сферах одновременно.
Это и есть «Моах эхад» - «Единый мозг».
Поэтому если человек хочет именно «поговорить об этом», ему лучше идти к психологу, сразу предупреждаю! Мне не надо долго расспрашивать человека, что с ним было, и что создает его сегодняшнюю проблему.  Я сама могу по мышцам руки это узнать.

– А дальше?

А дальше я использую все свои знания и опыт одиннадцати курсов, изученных мной, и всех толстых книжек, описывающих различные техники, чтобы снять твое напряжение в настоящем времени. Это первое. Техники могут быть самые разные, их сотни: из китайской медицины, из психологии и НЛП, из самых разных областей.

– А как ты будешь решать, что именно делать?

Я спрошу по твоей мышце: что самое лучшее для тебя? И твоя мышца скажет мне: «Иди в пятую книгу, открой 27-ую страницу, 3-я строчка покажет тебе, что ты должна мне сделать».
Потом, когда я сниму актуальное напряжение, я буду проверять твою прошлую жизнь. Я спрашиваю опять же у твоей мышцы, естественно: что было в твоей жизни такого, что могло повлиять на то, что с тобой происходит сейчас? Давность не имеет значения: начиная от зачатия и до сегодняшнего дня.
Опять же, видишь, я спрашиваю не у тебя, я спрашиваю у твоего подсознания.

– Расскажи подробнее, как ты это делаешь.

Мы апеллируем к тому, что все чувства записаны на клеточном уровне. Никуда ничего не уходит. Все существует в нашем теле с момента зачатия, даже если мы этого не помним. Поэтому используя вот этот инструмент – мышечный тонус, обращаясь к подсознанию через тело, и я обязательно получу ответ.
Так вот, когда мы освобождаемся от негатива прошлого на эмоциональном и физическом уровнях, настоящее улучшается быстрее. И «Моах эхад» позволяет это сделать очень быстро!

Например, я спрашиваю: В каком возрасте произошло то, что имеет влияние сегодня? Дам пример. Например, ты боишься плавать. Ты боишься воды. Едешь с мужем на море, он делает глубокий заплыв, а ты сидишь на берегу. Ты пришла ко мне. И я по твоей мышце вижу возраст: четыре года. Я могу даже у тебя прямо спросить: «Скажи, Малка, что было в четыре года?» Ты можешь не вспомнить. Тогда я продолжаю спрашивать по мышце:  «Это был какой-то мужчина? Какая-то женщина?» И прихожу к тому, что я вижу, что это – мужчина. Тогда я спрашиваю: «Дедушка? Папа? Дядя?»
Таким образом, мы доходим до того, что, допустим, дядюшка тебя бросил в бассейн в четырёхлетнем возрасте, потому что думал, что так ты научишься плавать быстрее всего. И как результат - у тебя теперь есть страх воды.
Мы снимаем твой страх заплыва с дядюшкой, и вдруг ты назавтра можешь плыть со своим мужем!
То есть я там, в твоём четырёхлетнем возрасте использовала свой инструмент для того, чтобы снять этот стресс.

Возвращаемся в настоящее время. Еще не все! Мало снять то негативное, что было на уровне тела и подсознания, нужно еще, чтобы оно не вернулось. Напряжения и стресс нельзя исключить из нашей жизни - они ее неотъемлимая часть. Необходимо обучить человека самостоятельно с ними справляться. Поэтому в конце каждого сеанса я обязательно даю домашнее задание. Опять же, спрашиваю по мышце. Например, это могут быть какие-то легкие движения, нажать какие-то точки, где-то помассировать, повторять какие-то фразы.

– Сколько времени нужно для получения результата?

Зависит от готовности человека. Если она высокая – через две-три встречи должно наступить облегчение. Я уже на первой встрече говорю об 100% ответственности человека за свои действия.
В конце работы, обычно на это уходит сеанса четыре-пять, я обучаю человека, что ему делать дальше. Я научу, как успокаивать себя и приводить в равновесие через тело. А потом,  после того, как человек разрешил себе почувствовать, после того, как у него есть инструменты, как самому себя успокоить, я предлагаю, чтобы он взял контроль и ответственность – и изменил свою мысль, уже после того, как он знает, какая это мысль. Которая, в свою очередь, изменит эмоциональный настрой, после чего изменяться, соответственно, его действия.
Вот и жизнь изменилась к лучшему!
В качестве домашнего задания я прошу человека, независимо от темы, чтобы он спрашивал себя несколько раз в день – что он думает? Что он чувствует? И чтобы он понял, что за мысль привела его к этому чувству, и где все это в теле сидит. Ну, а инструменты работы с телом он уже от меня получил.

– Кто к тебе чаще всего обращается?

В основном я работаю с женщинами, а в силу того, что я религиозна, то чаще всего, это религиозные женщины. А поскольку я живу в Бейтаре, чаще всего это  жители Бейтара, но ко мне приезжают от Иерусалима и до Хадеры как религиозные так и нерелигиозные. Возраст от 20 лет и до 70. С чем приходят? Очень много страхов во всех проявлениях, панические атаки, фобии.
Например, у меня была женщина, беременная седьмым ребёнком, то есть,  уже прошла шесть родов, и прошла их совершенно нормально. У которой возник страх перед родами. Невероятный.
До такой степени, что вместо того, чтобы ехать в больницу, она пришла ко мне. Со схватками. Я ей говорю: «давай вызову амбуланс!», а она говорит: «Нет. Моах эхад». Короче, я сделала «Моах эхад», вызвала ее мужа и амбуланс. Дело закончилось тем, что мы были с ней на телефоне все время, с двух часов дня до девяти вечера.  Она мне звонила, и мы работали.
- Я выхожу из машины – я боюсь. Мы с ней говорим.
- Я вижу дверь больницы – я боюсь. Мы говорим.
- Я поднимаюсь на лифте, скоро я увижу этаж – я боюсь.
- Вай, я увижу сейчас белые халаты – я боюсь.
Она мне позвонила раньше, чем своей маме – сказать, что у неё родилась девочка, и что это были невероятно чудесные роды, она в первый раз так чувствовала всё и переживала, вместо того, чтобы бояться и пропустить этот момент.

Всякие травмы из прошлого или настоящего: тяжёлая болезнь или потеря близкого. Сложные отношения в семье,  которые человек переживает как травму. Неуверенность в себе – это очень частая тема. Проявляется буквально везде. Это мысли вроде: «я недостойна», «во мне есть проблема», «а с чего это именно меня выберут и захотят?». И не имеет значения, в семейной жизни или в работе.
Еще часто обращаются с темой «Я хочу узнать, кто я». Вот так прямо и задают вопрос – кто я, в чём моё предназначение?  Хотя, я думаю, каждый человек знает, в конце концов, кто он.

Бывают иногда и физические проблемы, как мигрень, скажем, мигрени, боли в спине или тошнота при беременности. Все эти расстройства имеют эмоциональную природу, поэтому «Моах эхад» с ними успешно работает.
В скобках замечу, что питание  - подходящую именно для этого человека диету, проверяю и мужчинам тоже.

– А как насчет детей?

С детьми я работаю, начиная с 7-8 лет, не раньше. В этом возрасте они могут уже держать руку так, чтобы можно было проверять мышечный тонус.

–  С чем их приводят?

– Обычно это ночное недержание мочи или проблемы с обучением, скажем, дислексия, или проблемы с вниманием, памятью и концентрацией, или гиперактивность. А однажды у меня был ребёнок с такой гиперчувствительностью, что он не мог вынести запах никакой еды. Совершенно. Даже если ты варишь картошку, и он зайдет, то убежит до Парижа.  Есть такое особое нарушение, когда одно или два из пяти чувств слишком обострено.
Он был у меня два раза. Они приезжали ко мне в Бейтар из Петах-Тиквы. Два раза – всё прошло! Мальчик, который девять лет страдал, постоянно бывал на всяких процедурах в больницах, выздоровел за два сеанса. Его мама – архитектор, сказала ему: «Ты знаешь, Эстер – она моя коллега, она – инженер-строитель когда-то была». А он говорит (на иврите это звучит лучше): «Меhандесет-биньян? Вэ ма ахшав, hи – меhандесет-хаим?» То есть: «Была инженером-строителем? А теперь она кто, инженер жизни?»
Очень горжусь этим определением.

– Ты говорила, что «Моах эхад» использует множество коррекционных техник из самых разных областей. А есть какие-нибудь уникальные?

Есть. Расскажу о двух. Одна – поведенческий барометр (***).
А вторая – она очень простая, ты прямо сейчас ее можешь использовать. Положи одну руку на затылок. Там находятся центры мозга, отвечающие за боль, страх и страх боли. Это источник нервного напряжения, который мешает тебе свободно и осознанно делать выбор. Теперь положи вторую руку на лоб. Лобные доли – это место, в которых делается тот самый выбор. Одновременно активируя обе зоны ты гармонизируешь состояние своего сознания: нейтрализуешь сильные эмоции и активируешь мышление, выбор. Появляются варианты, способность найти выход из положения.

– Эстер, как выглядит результат твоей работы?

Когда человек понимает, что выбор в его руках, что у кого проблема – у того и решение. Когда он берет ответственность за свою жизнь и я вижу, что он продвигается вперед и не останавливается с исчезновением симптома, а начинает менять свое поведение. Корабль его жизни переходит с автопилота на ручное управление. И тогда то, над чем мы работаем, начинает проявляться в жизни. Человек начинает видеть, что есть жизнь за пределами страданий.
Моя жизнь была сложной, в ней было много испытаний, которые я прошла. И теперь приношу людям веру в то, что это возможно. Во время работы я беру на себя сто процентную ответственность за свой профессионализм, за то, что во время сеанса я с человеком и для человека. Я уменьшаю насколько возможно свое личное влияние, не даю советов и не допущу возникновения зависимости.
Я люблю людей, люблю общаться, нести знания и открывать возможности. Я искренне верю в том, что все ответы есть только у тебя, и помогу тебе тоже в это поверить.

Алена Гаспарян. Сфотографировано ветром

С Аленой Гаспарян мы были знакомы лишь заочно, когда я решилась наконец-то на фотосессию. Сомневалась: все-таки последний месяц беременности… Но Алена, услышав об этом, вскинулась: ты что, это же самое оно! И мы договорились о встрече.

Подготовка

Еще раз подчеркну: Алена меня ни разу не видела, только фотографии в фейсбуке.

Мы обсудили, где лучше делать съемку и выбрали самый физически комфортный «кроватный» вариант.  Дальнейшие минуты три ушли на задумывание Аленой образа для съемки и еще десять – на выяснение, какие из нужных аксессуаров у меня для этого есть, а какие она принесет с собой. Необычной звучала только просьба запастись букетом каких-нибудь цветов.

Надо сказать, что положив трубку и еще раз прокрутив разговор, я с удивлением поняла: то, что она предложила, это сейчас для меня самое удобное и естественное. Как быстро уловила, однако..!

Увидим, что получится.

[Читать дальше]

Встреча

В открытую дверь квартиры будто ворвался порыв свежего ветра, чистого и пахнущего то ли садом, то ли лугом. Тонкая, стремительная, с открытым взглядом дружелюбных любопытных глаз, Алена была готова буквально ко всему.

« – Клиенты  могут  сколько   угодно планировать воображаемую съемку. Я же для себя стараюсь изначально быть гибкой. Потому что если вдруг что-то идет не по плану, то это не «караул», а просто новые возможности и новый взгляд на происходящее», – объясняла она мне потом. 

Мы тут же приступили к делу.  Быстро разобрали имеющийся запас драпировок и аксессуаров.  Алена предоставила мне выбор, с какого начать. Затем мгновенно превратила купленный мной букетик лилий в элемент художественного оформления. И процесс пошел.


Фотосессия

Алена двигалась быстро, используя полностью пространство маленькой комнаты. Молниеносно сменяла объективы, взлетала под потолок, подхватывала полупрозрачные драпировки и закутывалась в них вместе с фотоаппаратом.

Стремительный свежий ветерок, замиравший лишь настолько, чтобы щелкнуть затвором, и продолжить неожиданное движение.

Она ничего не ждала и не пыталась поймать момента, а просто в доли секунды создавала и пересоздавала образы.

И образы эти каким-то чудом отражали мое состояние на тот момент.

Чем-то она была похожа на тех модельеров высокой моды, про которых никогда не понятно, то ли они повлияли на тренд ближайшего сезона, то ли унюхали носящиеся в воздухе тенденции.

Уже через несколько минут россыпь белых лилий на шелковой ткани подняла на поверхность волну мощной, сакральной женской энергии. Если раньше эти слова казались мне чем-то загадочными, связанными разве что с восточной культурой и медитациями, теперь под Алениным объективом они стали реальностью. Ощущаемой всем телом, всей душой. Потоком, подхватившим и повлекшим за собой, очищая и присоединяя к чему-то настоящему.

Какими-то чисто внешними деталями, позой, расположением аксессуаров Алена словно бы создала русло, в которое это мое состояние влилось само, приняло предложенную форму и застыло в фотографиях.

«– В идеале модели надо расслабиться, быть собой и получать удовольствие». – улыбалась потом Алена. « – Как на массаже или в салоне красоты. Тогда съемка складывается».

Какой там массаж! Под конец я едва смогла подняться на ноги, так расслабилось и наполнилось чем-то мягко струящимся тело, такой чистой и легкой стала голова.

«– Алена, – едва смогла проговорить я, – ты мне в одном флаконе устроила и фотосессию и занятие по женской энергии!»

«– На здоровье! – ответила она, - Теперь я вообще задумалась о тантрических фотосессиях, чтобы и цветы, и свечи, и полумрак, и ароматы…»

И ветерок улетел. Волшебное состояние оказалось на удивление глубоким и стойким. Оно держалось почти неделю, и по сей день одного взгляда на некоторые фотографии хватает мне, чтобы его пробудить. Разумеется, вы, обратившись к Алене, окунетесь в свой собственный источник энергии, свой поток, который обретет совершенно другую форму. И на ее фотографиях вы будете прекрасны и полны жизни.

Чего искренне вам желаю!

Малка Корец, 2014 г.

Марина Абрамова, таролог и биоэнергетик

Знакомьтесь – Марина Абрамова. Таролог, биоэнергетик, мастер работы с подсознанием и специалист по реализации желаний. Умеет, любит и считает своей жизненной задачей учить людей жить осознанно, самим со-Творять свою жизнь, с помощью работы с содержимым  подсознания во имя Любви и процветания всего человечества!



Марина приняла меня дома, в уютном рабочем уголке. Два удобных кресла, столик с картами и свечами, из окна мягкий свет, льется негромкая приятная музыка… Как только я уселась, мой взгляд притянули висящие напротив картины.

- Ваши работы?[читать дальше]
- Мои, - с гордостью ответила Марина. Я называю их Талисман-картины. Они передают вибрации определенного настроя (изобилие, любовь, успех, защита и т.д), могут сдвинуть глубокие пласты и блоки подсознания. А главное – они вызывают Радость!

– Да, именно это состояние у меня возникло! Какое замечательное!
Марина улыбается.
– Это состояние Любви. Энергия Любви - основная Вселенская  энергия. Состояние безмерного счастья, слияния,  безмятежного блаженства. Базисное такое состояние, ощущение правильности, цельности. В нем становится возможно все!

– Неужели все?
­– Абсолютно. Я в нем и живу, и работаю.  Открываю карты Таро, делаю энергетические чистки ауры и помещений. Разработала и продолжаю разрабатывать техники и методики для универсальной работы с подсознанием, пишу обширную книгу на эту тему.



Очень люблю авторские уроки материализации желаний во всех сферах жизни( отношения, самореализация, деньги и т.д.). Например, программа "Я Любима и люблю" про любовь к себе и притяжение спутника жизни.

Можно сказать, что в этом моя специфика: у меня столько инструментов, что я могу подобрать ключик к каждому. Человеку не приходится бегать по разным специалистам, мы можем проработать сразу несколько разных граней проблемы на разных уровнях и таким образом достичь высокого результата в короткие сроки.

Главное, за что я благодарю Вселенную, это что могу интуитивно увидеть главную причину. Убираем причину – убираем следствие, так это работает.

Говорят, под лежачий камень вода не течет. А я говорю: еще как течет. То есть,  если мы прорабатываем внутреннее состояние, подсознательные убеждения, то можно больше ничего не делать и получить внешний результат. Тебе принесут на дом, сами позвонят и так далее.

– И вы можете этому научить?
– Да, конечно! Именно этим я занимаюсь на своих семинарах. Кроме того, у меня есть ученицы, которым я передаю знания о картах Таро и – что еще важнее -  глубинные переживания, трансформации, ощущение вселенского единства и любви.

– Как вы к этому пришли?
– Когда-то давно, когда начинала, я чувствовала, что меня ведут. Потом было лет двадцать внутренней работы, исканий, открытий. Сейчас я уже давно не чувствую, что меня ведут. Просто я теперь на своем месте. Делаю свое дело, помогаю. Когда звонят, всегда откликнусь.

Вот даже сегодня утром рано был звонок: «Спасибо, Марина, за то что ты есть. Что ты – такой человек, которому можно в тяжелые моменты жизни просто позвонить и найти поддержку, совет, облегчение  души».



– Марина, расскажите какой-нибудь любимый случай из практики.
– Расскажу тот, которым горжусь. Однажды ко мне пришла женщина, которая была у меня восемь месяцев назад. Мы с ней открывали карты, и сбылось абсолютно все, что тогда было сказано, вся пришедшая информация оказалась совершенно точной. Но не это самое поразительное. У ее восьмидесятилетней мамы тогда начиналось рожистое воспаление ног, она уже с трудом ходила. Я предложила сделать маме сеанс целительства, но женщина твердо ответила, что мама на это не согласится. Тогда я дала ей свои чудо-свечи и научила ими пользоваться. Женщина использовала свечи для помощи маме, никому ничего не говоря. Болезнь ушла, мама, тьфу-тьфу, благополучно ходит.

Иногда бывают случаи, когда беру в руки колоду и сомневаюсь, смогут ли вообще карты такое показать? И всегда информация приходит тем или иным путем.

– Кстати об информации. Откуда она к вам приходит?
– Назовем это общим информационным полем. Из него я получаю определенную информацию, которую я должна передать человеку индивидуально, который сидит напротив меня. Такое вот яснознание.

– А Таро для этого необходимо?
– Это всего лишь инструмент, хотя и очень удобный. В случае надобности я могу заменить его на любой другой или совсем отбросить. Например, когда диагностирую ауру, картами не пользуюсь, только руками.

– Как это происходит? Появляется картинка, или звучат слова?
– У меня с правой стороны над головой (показывает рукой) будто колокольчик висит. Когда он «звонит» - идет информация. Без картинок, просто знание, которое я уже перевожу в слова. Это у меня всегда было, еще в Союзе, когда я еще ничем таким не занималась. Например, я знала, что от любимого человека пришло письмо, и шла прямо к почтовому ящику.

– То есть, способности у вас врожденные?
– Скорее наследственные. Мой папа был самым настоящим экстрасенсом: мог провести рукой и снять зубную боль, вообще лечил прекрасно. Легко, играючи, одним прикосновением. После тяжелой аварии у него открылась астма. Тогда он и научил меня  работать с энергией, чтобы я ему приступы снимала. Мне тогда было лет 14-15, даже  меньше.

– Вы и сейчас лечите.
–  Да, помогаю человеку исцелить нарушения. Сотворить момент истинного исцеления души и тела, и как следствие течение всей жизни.





- На себя-то время остается между помощью другим?
- Обязательно! У меня трое детей, и я бабушка маленькой внучки. Я много занимаюсь практиками, очисткой и культивации своей энергии. Расшифровка подсознания, сила мысли, аффирмации, исполнение желаний… Моя любимая тема – это медитации, но поскольку высоко ушла в духовный план, то приходится много делать заземление.

- Это чтобы не улететь?
- Что-то вроде этого (смеется).
Я раньше не делала. Поэтому, когда слишком увлеклась духовным, возникла напряженка с материальным вопросом, и очень сильная. У меня вообще с детства сложные отношения с деньгами. Они, понимаете, просто отсутствуют в голове. Поэтому нормального канала, по которому бы они приходили, просто не было.

Мое кредо вы уже знаете: все, что находится внутри, то и снаружи. И тогда я стала делать заземление вместе с открытием энергетических каналов, снятием блоков – все по теме материальности и денег.

- Получилось?
- Еще как! После этого я создала тренинг по деньгам: открытие канала изобилия, основные понятия о деньгах. Приглашаю всех, кому актуально.

– Последний вопрос, Марина. Какова ваша роль в этой жизни? Таролог, целитель, может быть психотерапевт?...
– Мое настоящее место – это наставник. Я веду семинары, тренинги, веду учеников.  Люблю учить, вдохновлять и радовать. И собираюсь делать это как можно больше!

Мария Прейгер. Художник, ведьма и поэт.

Вместо эпиграфа:


« - Я принес вам роман.

- Да? И что я, по-вашему, должен с ним делать?

- Не знаю, ведь это… ваш роман. Хотите, можете его сжечь. А можете… написать.»


Мария Прейгер, Случайные снимки

[Spoiler (click to open)]


Знакомьтесь – Мария Прейгер, художник, поэт и практикующая ведьма.

– Мария, Вы пришли к живописи через Таро. Как это произошло?
– Во-первых, это не только Таро. Это как кубик Рубика – нумерология, таро, астрология, психология и, самое главное, интуиция.
Таро – лишь один из инструментов, хотя очень многогранный. Поэтому я стараюсь рассматривать вопрос или ситуацию, используя все возможные варианты. И если человек просит, чтобы я его провела из пункта А в пункт Б, я сначала проверяю, а нужно ли ему туда действительно и с чем это будет связано.  Предпочитаю видеть картину со всех возможных сторон.

– Так все-таки интуиция или всесторонний анализ?
– Интуиция – это быстрый анализ ситуации на всех уровнях. Большая часть клиентов имеет хорошую интуицию, но не умеют ею пользоваться. Чувствуют, но не знают, как интерпретировать.  Такая интуиция, на уровне «случится что-то, не знаю что» лишь пугает и сбивает с толку, заставляет нервничать. Учитывая и обрабатывая все факторы, включая сигналы физического тела, которое, кстати, никогда не обманывает, в отличие от ума, я могу обнаружить причину проблем и понять, как наиболее просто из них выйти. К тому же, часто то, что принимается за «сглаз» или «порчу» - на самом деле, сбой работы тела на гормональном или биохимическом уровне, или подсказка, что именно нужно изменить в жизни. Очень важно правильно понять причину, именно в ней и кроется лечение.
А во-вторых, картины начались уже давно. Как? Просто пробовала. Сначала это было просто коллажирование с добавками или рисование в компьютере. Потом краски стали занимать большую часть. В свой 47-й день рождения я сказала себе – а почему бы и нет? И просто отпустила на волю то, что давно просилось.

– Говорят, Ваши картины могут изменить жизнь.
– Это я могу сказать только со слов тех, кто мои картины приобрел – меняют. Думаю, что энергетика картины поворачивает какую-то шестеренку в жизни ее обладателя в ту самую давно желанную сторону.



На грани осени и пустоты,
Снов и реальностей на грани,
Бесцветных слов и немоты,
Что звуком не рожденным ранит,
Души вскрывая нищету
Пред Вечным в поисках покоя,
Так тянет перейти черту,
Где не подсудно быть иною…

акрил, медь, пряжа


– Для этого в своей тарологической практике Вы используете магические ритуалы?
– Начнем с того, что нет ничего магического.)) Есть физика, психология (суть та же физика), генетика и биохимия. Так что начнем с выбора самого человека – что ему делать с полученной информацией. Дальше – скорее вопрос перепонимания и переоценки, и, как следствие, перестановки определенных кубиков с помощью Таро, НЛП, арт-терапии, медитаций…  Можно ли назвать это Магией? или колдовством…..или….или…или… Так ли уж важно как это назвать?  По сути - это и есть тот самый коучинг, о котором все говорят)))

– Так что, никакой коррекции судьбы?
– Даже слышится смешно.

– Неужели в Ваших картинах тоже нет ничего магического? Трудно поверить…
– Постараюсь объяснять, как это происходит. Если работа с Таро (и другими инструментами) начинается и запускается вопросом или проблемой другого человека, то картина или украшение запускаются чем-то внутри меня. Вопросом, который я далеко не всегда осознаю, но который требует ответа.
При этом вопрос не обязательно мой, хотя задается, «звучит» внутри меня. Очень часто я как бы «ловлю» ответ не из своего мира, не на моем языке. И когда какой-то человек видит этот ответ, воплощенный в картине или украшении, он восклицает «это для меня. Это мой ответ, это мне послание».
И это тоже один из вариантов коррекции: любая картина просит всегда определенных красок и материалов, и суть ее в энергетике. Это можно сравнить с арттерапией, цветотерапией. Не бывает такого, что с утра я задумала что-то – и сделала.  Просто что-то просится, и мне порой приходится неоднократно смывать и переделывать, пока ОНО не ляжет так, как хочет.

– То есть, Вы даже не предполагаете, какое впечатление произведет картина?
– Ничего я не предполагаю… Давно уже поняла, что любое произведение – стихотворение, рассказ, картина, украшение – сами выбирают, как воплотиться. Главное, не мешать. То, что должно выйти в мир через меня я не могу не выпустить. А дальше оно живет своей жизнью, я и далеко не всегда знаю, что это было, для кого и зачем.
Картина сама выбирает своего зрителя или покупателя. И если человек захотел мою картину – значит, она его выбрала.




– Различаете ли Вы, когда в картину «просится» Ваша собственная ситуация, а когда неизвестно чья?
– Чаще всего это не моя ситуация, но я не могу сказать «нет». Тебя выбрали – будь любезна. И – да, я отлично различаю, где мое «я», а где чужое состояние. И прорабатываю его так же тщательно, как и свое, пока оно не дойдет до завершения, разрешения и воплощения, чаще всего – картины, реже украшения.
Потом приходит человек и говорит: это мое. В этот момент в нем начинается изменение, коррекция.

– Как так?
Самая главная задача в коррекции – это чтобы человек принял свое состояние и сказал «да, это мое». Пока он думает, что дело в чем-то другом, Васе Пупкине, ни о каком изменении не может идти речь.  И когда человек видит картину и говорит «это мое», он вспоминает, видит как мини-фильм. Картина возвращает его в точку,  с которой он сорвался, и до сегодняшнего дня. Человек понимает, в какую точку ему нужно вернуться, с чего начать для того, чтобы вернуть себе себя. Причем это всегда происходит только на глубоком интуитивном уровне самого человека, поэтому объяснения того, что нарисовано на картине, попросту бесполезны. 

– Что Вам самой больше всего нравится в процессе создания картины, какой этап самый любимый?
Два этапа и две разных меня. Первый, когда идет волна. Картина рождается быстро и свободна, словно выливается из тебя на бумагу. Второй – когда другая я удивляется – ну надо же, как прикольно получилось. Как маленький ребенок, которого с закрытыми глазами подвели к подарку и сказали – вот теперь смотри.

– Украшения рождаются так же?
– Как они рождаются…. На грани усыпания чаще всего, в том самом состоянии альфа. Кто-то исцеляется, а ко мне стучатся идеи.  Украшение делается само, просто потому что хочется, как игра, как сотворение мира.



– Делаете ли украшение в качестве личного талисмана?
– Да, конечно. Там я использую знания свойств камней и символов. И учитываю при этом те самые желательные точки коррекции, о которых мы говорили, и энергетику человека. Ведь если дать  слишком мощный толчок, не поможешь, а только сделаешь хуже. Поэтому здесь нужно учесть многие факторы. Такой талисман делается в определенные дни и в определенные же дни заряжаются.
Есть более универсальные, которые делаются в определенные дни года. Тогда их можно сделать несколько, и они не станут индивидуальными, пока человек сам не выберет.

– Что украшения выражают такого, что не выражают картины?
– Сложный вопрос. Потому что иногда то, что задумывалось, как украшение, в итоге оказывается частью картины.



– Бывает ли так, что картина, украшение и карты Таро выражают одно и то же?
Бывает, особенно если это в процессе работы с клиентом. В таком случае – картина или украшение становится его автоматически.
Пример… Мы прорабатывали с одной моей клиенткой точку парности. Иногда в судьбе человека эта точка травмируется еще при рождении из-за проблем в системе рода, например. И тогда человек либо вообще не может найти себе пару, либо постоянно попадает в такие отношения, которые болезненно заканчиваются. А накопленный негативный опыт усугубляет ситуацию.
Это был длительный процесс от дня зимнего солнцестояния до мартовского равноденствия. За несколько дней до Весеннего Равноденствия после совместной медитации мне вдруг приснился образ, который не давал покоя. Когда на следующем сеансе девушка увидела картину, она вдруг сказала – Я была там, я точно знаю, что это и где это. Это было самое счастливое время моей жизни.

– Можно ли создать картину или талисман, предназначенный для решения определенной проблемы и действующий на всех людей, имеющих эту проблему?

– Невозможно.
Есть событие, которое ты прожил – это твой опыт, а вывод, который ты из этого сделал – это знание. Поэтому если ты говоришь человеку «ой, я был в твоем положении и знаю» - это не правда. Ты родился в другой день, у тебя другой род, другое тело и вообще все другое. Так что даже внешне событие выглядит точно так же, у него будут совершенно другие подоплеки, оно будет нести тебе другой урок, ты сделаешь из него другие выводы и никак не можешь эти выводы автоматически передать другому человеку. Да он и не сможет ими воспользоваться. Ведь все зависит от внутренней части айсберга.
Я делала, например, картины для детских, и дети становись спокойнее, меньше болели. Но опять же, тут речь идет об индивидуальном заказе. Одна и та же картина не будет работать одинаково в любой детской.

– Есть любимые источники вдохновения?
– Я вижу историю буквально в любом пятне, будь то даже кусок отвалившейся штукатурки. Так что вдохновением может послужить что угодно, что придет и постучится.

–  Как насчет творческих планов? Проектов?   
Мой ближайший проект объединяет мои картины, стихи и музыку. Музыку пишет Беата Бар, да и идея проекта больше ее. Сама я музыку не пишу, но хорошо ее чувствую и могу объяснить композитору, что она должна нести. В моем внутреннем пространстве музыка звучит постоянно, из нее и с ее участием все рождается.

– Как бы Вы описали свою главную особенность, свою задачу в этом мире?
– Особенность… Я не боюсь темноты. Ни реальной (вижу в темноте), ни внутренней. Большинство людей, которые ко мне приходят, темноты боятся. Судя по отзывам людей, которые приходят ко мне на консультацию, смотрят на картины, носят украшения – они говорят «это несет мне  свет, это делает мне хорошо». Причем такой эффект наступает почти моментально.
Так что, видимо, я человек, предназначение которого – прогонять чудовищ из-под кровати.



А это – еще один вариант ответа на тот же вопрос:

Я – чистый лист, иллюзия пространства,
Я – лабиринт запутанных путей,
Зеркальных отражений я упрямство
И мастер по созданью миражей.
Беспутный ветер, пыль дорог подлунных,
Тень от крыла, мир в капельке росы,
Я – эхо музыки, что тихо дремлет в струнах,
Одна из тысячи, в песочные часы
Вселенной канувших прохладною минутой,
Я – шепот ангела, летящего сквозь сны,
Я – легкий след танцующего Будды,
Познавшего все тайны тишины.

Ольга Беренштейн, семейный и личный фотограф.

Знакомьтесь – Ольга Беренштейн, семейный фотограф, живет и работает в Израиле. «Самое главное – когда в кадре есть чувства, отношения. То, что есть между людьми. Жизнь, а не просто картинка.»


[Читать дальше]

– Что больше всего любишь снимать?

– Портреты. Семью, детей, любовные истории, праздники. Практически все, кроме больших торжеств и свадеб. И для меня всегда человек главный на фотографии, а не часть композиции.

– С чем обращаются чаще всего?

Меня постоянно находят люди, которые говорят: «я нефотогеничная, я не нравлюсь себе на фотографиях». Я считаю, что нет фотогеничных людей. Есть люди, которых чтобы снять красиво, нужно приложить чуть больше усилий. Я люблю такие съемки, для меня это каждый раз вызов.

В последнее время возобновилась тенденция семейных съемок. Люди выделяют специальное время, собирают всю семью, чтобы сделать фотографии на память. Такие фотографии больше «весят», чем просто памятные снимки. Мы все вместе, мы красиво одеваемся. Мы хотим сохранить эту ценность – быть семьей.

Для меня это возрождение семейных ценностей.

Приведу грустный пример. У одной девушки мама погибла в автокатастрофе, и оказалось, что у нее нет ни одной фотографии, где они вдвоем с мамой. Мама считала себя нефотогеничной… Девушка провела акцию, призывая всех родителей сниматься хотя бы раз в месяц вместе с ребенком.


Наша жизнь состоит из того, на что мы обращаем внимание. То, о чем мы думаем – то и растет и развивается. Если мне важна семья, то я свое внимание направляю в эту сторону, и семейные фотографии – один из способов. Это не просто. Нужно, чтобы все согласились, нужно подумать, как вы хотите выглядеть, найти удобное всем время, собраться….

Я считаю, что это важное для семьи вложение.

– Тут возникает вопрос: как уговорить фотографироваться человека, который не хочет? Например, мужа?

Можно честно поговорить с человеком и объяснить, зачем эта фотография нужна. Вам, ему, семье. Или попросить как подарок себе на день рождения. Или пообещать что-то взамен.

Часто мужья меняют точку зрения после того, как увидят фотографии. 

– Ольга, зачем люди вообще обращаются к профессиональному фотографу?

Для интересного переживания. Для истории. Для подарка. Для того, чтобы себе понравиться. Для того, чтобы никто не оставался за кадром. У нас есть фотографии, где я и ребенок, или те, где муж и ребенок, или просто ребенок, а совместных – где мы втроем, а снимал кто-то другой, почти нет.

– Есть фотографы, выступающие за честность: «что выросло, то выросло». Вы приукрашиваете свои снимки?

Красиво должно быть обязательно. Я очень редко занимаюсь ретушью. Стараюсь снимать так, чтобы этого не приходилось делать.

У всех нас есть то, что мы готовы показать, а есть то, что хотели бы сделать незаметным. Кого-то беспокоит его нос, кого-то живот и так далее. И я считаю, что каждый имеет на это право. Я часто обсуждаю с человеком перед съемкой такие вещи и делаю все, чтобы он остался доволен.

– Как вы относитесь к «телефонным» фотографиям?

У меня, как и у многих, есть миллион «документальных» фотографий, которые интересны по большому счету только мне. Когда фотографируют ради факта, о красоте особо не заботятся.  Это скорее зарубка истории. Например, когда мы с ребенком в первый раз пошли в бассейн, я его сфотографировала для того, чтобы послать маме фотографию с припиской «мы в бассейне первый раз». Другой цели такая фотография не имеет.

А есть какая-то грань, ее довольно трудно описать, когда фотография ребенка становится интересна не только маме или бабушке, но и совершенно посторонним людям.


– Некоторые мамы хотят фотографировать своих детей как можно больше.

И это просто замечательно! Когда я вела мастер-класс для мам на тему того, как фотографировать детей, я им говорила: «Много фотографируйте – много выбрасывайте, не жалейте. Оставляйте одну-две фотографии из серии. По большому счету именно ради них делались все остальные.»

И да – хотеть фотографировать это не зазорно!

– Вы любите снимать в естественный условиях. А как насчет студийной съемки?

Студия – это в первую очередь инструмент для управления и создания нужной ситуации. Там можно выстроить свет, а не ловить солнце и тень. Знать, что никто не зайдет и не помешает, придумать и сконструировать «историю», показать человека в непривычном для него свете. Это средство, которое должно оправдывать цель.

Нужно понять, что студия – это достаточно ограниченное пространство. Поэтому младенцев можно снимать в студии с легкостью. А если ребенок побольше, он активно двигается. Поэтому ему быстро надоест там находиться, а кроме того он постоянно будет уходить из-под налаженного света. Так что я бы выбрала для такой съемки тенистый парк, где много места и ровный свет.

Есть люди, которым в студии спокойнее и комфортнее. А есть те, кто наоборот зажимаются от того, что  на них направлены софиты, а за спиной нейтральный, ничего не выражающий фон. Человек остается таким образом один, без истории, без поддержки обстановки и не знает, что он должен делать и выражать. Поэтому я больше люблю интерьерные студии, в которых есть обстановка, на которую можно опереться в прямом и переносном смысле.

– Расскажите немного о процессе съемок. Как Вы это делаете?

У каждой фотографии есть свое желание внутри. От него зависит то, где и как я буду снимать. Например, девушка хочет выглядеть на фотографии нежно. Значит, мы создадим такую историю, которая выразит и покажет именно эти качества.


Но это не значит, что я точно рассчитываю что и как нужно делать, это происходит интуитивно, каждый раз по-другому.  Если человек будет становиться в неестественные, неудобные для себя позы и делать то, что ему не нравится, это и на фотографиях отразится. Живой момент – он разный, и повторить в точности такую же съемку лично я, пожалуй, не возьмусь. Это будет уже другой момент, да и человек другой.

– Долго ли приходится ловить нужный момент?

Мне не нравятся слова вроде «поймать момент». Они какие-то безжизненные. Съемка – это процесс, где нет лишних этапов. Каждый кадр – это часть процесса, и поэтому он важен и для меня, и для человека. Потом будет видно, что отложить, а что напечатать, когда мы снимаем – про это незачем думать.

Другое дело – ситуации случайной «ловли момента», когда просто повезло: увидела, в руках был фотоаппарат, батарейка была заряжена, кадр не смазался и так далее. Тут мне не важны детали, ракурсы, свет и так далее. 

Когда я снимаю людей, поднимается уровень сложности: нужно ведь, чтобы люди нравились себе на фотографии. Так что в голове нужно держать еще много деталей: как руки лежат, какой поворот головы для этого лица самый выгодный и так далее,

– Ольга, что означает фотография лично для Вас?

Я верю, что как мы видим – так мы и живем. Видим плохое – живем плохо, видим красоту – живем хорошо. Поэтому нужно и важно тренировать умение видеть красоту, ощущать ее внутри и вокруг. И в других, и в себе.

Во время каждой съемки я учусь видеть красоту заново.



Контакты:
https://www.facebook.com/olga.pushchenko